Муж, с которым Аленка прожила тридцать лет, никогда не отличавшийся особой любовью к работе и предпочитатавший зарабатывать необходимый минимум, а все свободное время проводить перед телевизором, во-первых, вдруг воспылал невиданным рвением, проводя на вверенных ему объектах по двенадцать часов в день, во-вторых, записался в спортзал, куда с таким же рвением теперь ходил четыре раза в неделю, а в третьих, отказался от алкоголя, до которого раньше был весьма охоч, и потребовал от Аленки перехода на здоровое питание.

За тридцать лет совместной жизни она давно привыкла, что все бытовые вопросы полностью лежат на ней. Здоровое питание по большому счету не вносило в семейные устои ничего нового. Раньше на ее плечах лежала еще и забота о двоих детях, но, хвала небесам, в последние годы выросшие отпрыски жили отдельно и хлопот не доставляли.

Сын, востребованный программист, уже четыре года обитал в столице Силиконовой долины – Пало-Альто. Дочь прошлым летом вышла замуж за итальянца и обосновалась в Амальфи, и из окна ее дома круглый год было видно море. Прошлогодний отпуск Аленка с мужем провели как раз в этом старинном городке в провинции Салерно, расположенном на склоне скалы. Отгуляли свадьбу, а в оставшиеся дни Аленка могла часами бродить по высеченным в скале лестницам, не чувствуя усталости, любоваться разбитыми на крышах домов садами, вдыхать аромат деревьев – лимонных, апельсиновых, оливковых, – отщипывать начинающий поспевать виноград, чья тягучая сладость немного вязала рот.

С нового года Аленка собиралась готовить документы на получение американской визы, чтобы в следующем году проведать старшего сына, но жизнь дала трещину, даже две, сломав все планы и надежды.

Крак, и после тридцати лет семейной жизни Аленка в сорок девять лет осталась брошенкой и разведенкой, и тот факт, что Алексей никуда уходить не собирался, это она сама его выгнала, решительно и бесповоротно, ничего в ее самоощущении не менял.

Крак, и границы, отделяющие ее от детей, оказались наглухо закрытыми, и чувство, что она в клетке, становилось все более острым, Аленка металась внутри этой клетки, чувствуя, что начинает задыхаться, и гадая: ощущение нехватки воздуха вызвано коронавирусом или полной безнадежностью?

В ее крови с юности жил ветер дальних странствий, и два путешествия в год были обязательными слагаемыми счастья. Одно туда, куда можно добраться на машине, – Карелия, Питер, какой-нибудь уютный финский хутор или подмосковный пансионат, второе – далеко-далеко, туда, где обрывается связь с реальностью: на Борнео, чтобы встретиться с племенем диких ибанов, в Ангкор, чтобы почувствовать себя Ларой Крофт, расхитительницей гробниц, на Занзибар, чтобы своими глазами увидеть родину Фредди Меркьюри.