Кстати, на нём была та самая, хвалёная Бертой шляпа с пером. Этакий войлочный колпак с узкими полями и мятым петушиным пером, заткнутым за узкую ленту, украшающую головной убор. Спрашивать я ни о чем не стала, а просто присматривалась к кучерам встречных экипажей и поняла, что для хозяев такой работник сродни визитной карточке.

На всех мужчинах были достаточно однотипные костюмы: красная или алая рубаха, куртка и штаны, но ткани выбраны качественные, края одежды обшиты яркой тесьмой, да и на шляпах у многих не одно жалкое перо, а целый пёстрый плюмаж**.

А ещё сапоги, начищенные до зеркального блеска. Это у местных «водителей» кобыл что-то вроде униформы. Пожалуй, надо озаботится приличной одеждой для Бруно, раз уж взяла его на работу.

Коляску купили в тот же день у нас в предместье. Пусть не новая, но после ремонта, вычищенная и подкрашенная. Даже подушки на сидениях постарались отчистить. Кожа на них, правда, потёртая, но ни дыр, ни разошедшихся швов не было. За коляску заплатила ещё два золотых и даже чуть забеспокоилась: слишком быстро убывали деньги. А ведь ещё придётся прикупить кое-какую мебель.

Поездку на кладбище, на могилу матери Эрика отложили на следующий день.

***

С утра отправились в церковь, где я купила несколько тоненьких свечей и заказала молебен в честь покойной баронессы. Мальчик с утра был грустным и спокойным, но даже не захотел брать с собой Арта, хотя и расстался с ним очень неохотно.

По дороге выяснилось, что кладбище находится слишком далеко от дома господина фон Гольца. Потому после похорон Эрик ни разу не был там.

- Я, Эльза, по маменьке очень скучаю.

Она ангел была. Это все соседи так говорили. Обо мне всегда заботилась и говорила, что я никому, кроме неё не нужен, - спокойно рассказывал он. - И правда, как она умерла, так всё хуже и хуже стало...

Берта, жалея барона, только тяжко вздыхала. А я, расспрашивая его о том, как барон провёл своё детство, просто в ужас приходила. Покойная баронесса была типичной безумной мамашей, которая воспитывала «онжеребёнка». Барону дозволялось всё, вообще всё. Даже странно, что он вырос таким тюфяком, а не маленьким тираном и истериком.

На могиле, которую мы долго искали, мальчишка разревелся. Участок был старый, здесь хоронили членов его семьи несколько поколений подряд, и семь красивых мраморных надгробий тянулись рядком. Восьмым надгробием служил крест: покосившийся и уже потемневший от дождей, снега и солнца. Надпись на кресте была почти нечитаема...

Берта торопливо щёлкала кресалом, чтобы зажечь свечку. А я с тоской смотрела на заросший сорняками бугорок.

* Авантажный/устаревшее/ - представительный, видный.