Сейчас же ткань ширмы выглядела ветхой и старой, а с резьбы стёрлась большая часть позолоты."

"Никакой обед гостям сегодня не накрывали. А просто на угол стола поставили два графина с вином и блюдо с порционным жареным цыпленком. Так что мужчины перекусывали стоя. И мне казалось, что еда их интересует гораздо больше, чем моя скромная персона.

Меня, как и прошлый раз, к столу никто не приглашал. На нас с Бертой вообще не обращали внимания, как будто мы не люди, а просто часть меблировки комнаты. Я устроилась на стуле у окна, а Берта молча стояла за моей спиной, положив мне руку на плечо и слегка поглаживая, как будто успокаивала.

Сегодня на мне вместо платья был тёплый домашний халат, а сверху для приличия накинута старая шаль.

Глава 8

Наконец внизу послышались голоса, и в сопровождении мэтра Аугусто, лекаря, который меня лечил, вошли две женщины в монашеских одеяниях. Одна из них явно была по положению выше второй: шёлковая ряса прямо говорила об этом. Да и выглядела эта монашка именно как мелкая начальница: надменное выражение лица, поджатые губы, никаких улыбок.

Именно она, перекрестившись, громко поздоровалась с мужчинами.

Вторая, та, что была постарше возрастом и одета попроще, просто молча поклонилась собравшейся компании.

- Мэтр Аугусто, мать-настоятельница, – слегка засуетился дядюшка – Не желаете ли по бокалу прохладного вина?

Лекарь потёр руки и, одобрительно покивав, получил свою порцию угощения, а вот монашка, которую дядя назвал настоятельницей, постно возвела глаза к потолку и ответила:

- Господь в своей милости многие грехи людские прощает, а только сама я, господин баронет, предпочту сперва дело сделать.

А уж потом с благодарностью приму любое угощение от вас.

Прозвучали эти слова так укоризненно, что улыбки мужчин слегка увяли, а мэтр Аугусто, торопливо дожёвывая кусок курицы, бокал вина допил залпом. Да и вообще, мужчины как-то неловко начали отходить от стола, делая вид, что угощением им не так и интересно. Настоятельница же, очередной раз перекрестившись, заявила баронету:

– Извольте приказать, господин фон Ройтенфельд, стол поближе к окну передвинуть. Потому как сестре Секретере необходимо будет всё точно рассмотреть.

Поднялась небольшая суета: прибежали Брунхильда и Корина. Повариха торопливо собрала со стола закуски, Корина подхватила бокалы и кувшины, и они унесли все это добро. Через минуту горничная вернулась, и с помощью моей сиделки они попробовали перетащить тяжеленный дубовый стол ближе к окну. Ни один из мужчин даже не шелохнулся, чтобы помочь им. Зато мать-настоятельница, заметив непорядок, подняла бровь, и та сестра, что приехала с ней, кинулась на подмогу.

Со скрипом и скрежетом стол доволокли до окна.