Конечно, иногда можно выпить и такое, но всё же некая нотка ностальгии по обычному травяному взвару, почти такому, как он пил в детстве, в доме родителей, присутствовала всегда. Хозяин молчал, а Йенс не собирался задавать вопросы и не желал облегчить ему жизнь. Захочет, сам заговорит…

- Сегодня я был в герцогской канцелярии. Потребовал восстановить свои документы и пообещал привезти живых свидетелей.

- Господин барон! – ахнул от неожиданности Йенс. – Зачем?! Ведь для принятия решения было ещё очень много времени!

- Вот и я сейчас думаю, зачем… - печально вздохнул барон.

– Мне хотелось…

Похоже, барон и сам не мог сформулировать, что именно ему хотелось.

- Вы хотели отомстить, мой господин?

- Пожалуй, да. Только вот сейчас я думаю, что это был не совсем честный шаг с моей стороны. Однако не представляю, как это можно исправить. Прошение подано. При мне из архива принесли документ, где баронесса зафиксировала дату пропажи. Не знаю, Йенс… Теперь мне кажется, что я сотворил глупость, но что с этим делать… - Эрик раздражённо оттолкнул от себя чашку с остывающим взваром, и на белой скатерти медленно расплылось жёлтое пятно.

- Вы позволите дать вам совет, мой господин?

- Йенс, привыкай говорить правильно. Не «мой господин», а господин барон. Назад всё равно нет дороги, – кривовато улыбнулся хозяин. – А хорошему совету я буду рад.

- Я думаю, господин барон, вам стоит съездить к своей супруге и рассказать ей всё.

Эрик вскочил, нервно прошёлся по комнате и, остановившись возле пьющего чай Йенса, уточнил:

- Что всё?! Я должен рассказать ей о том, что я разозлился и натворил кучу глупостей? Ты действительно считаешь это хорошим советом?

- Да, господин барон, я считаю это хорошим советом.

Ваша жена умна, иначе не смогла бы занять такое положение. С такими людьми, господин барон, честность – лучшее, что можно придумать.

Эрик недовольно фыркнул и снова принялся бродить по комнате. Идея ему явно не нравилась, а Йенс молчал, не настаивая и не уговаривая.

***

Эльза вернулась из столицы в странно притихший дом. Днём дела занимали ее почти полностью, но вечерами становилось немного грустно: за прошедшие годы у неё сложились весьма дружеские отношения с герцогиней. Вернувшись, она с сожалением узнала, что герцогиня Элеонора фон Рогерд уже покинула герцогский замок и отбыла вместе с Ребеккой, своей дочерью, в собственные земли.

По сути, Эльзе теперь даже пожаловаться на жизнь было некому. И только некое злорадство, тешившее душу, поддерживало баронессу сейчас.

Вряд ли новоиспечённый герцог уже знает о её поездке и действиях, которые она предприняла. Даже маркиз фон Ланге не знал новостей. Иначе, хотя сегодня и был приёмный день, этот хлыщ не стремился попасть в “опасный” дом. Он побоялся бы гнева герцога.