Меня встречала вывеска «Спартанец», при этом на самой вывеске был изображен римский гладиатор. Среди разрухи 90-х зал выгодно отличался — свежевыкрашенные окна, все целые, новенькая вывеска, у самого входа чистота. Вон, даже клумбы есть с цветами, тоже ухоженные. А еще возле зала имелась парковка, на которой стояли автомобили — от отечественных до иномарок: «девятки», бэхи, мерсы и, конечно, джипы.

Это указывало на определенный статус зала «Спартанец». Впрочем, ничего другого я увидеть не ожидал. При этом на окнах были развешаны плакаты еще советских времен, с лозунгами типа: «Спорт — это здоровье, воля и мужество», «Колхозник, будь физкультурником!». Особенно выделялся красно-синий плакат на входной двери с изображением боксерских перчаток, надпись гласила: «Первенство Ростовской области по боксу». Правда, числа на плакате указывали, что первенство давно завершилось, а плакат просто-напросто никто не снял.

Я поднялся по ступенькам, потянул на себя дверь и зашел внутрь, попав в просторный «предбанник». По левую руку находилось место сторожа, которое сейчас пустовало, и проход в раздевалку. С фотографий на противоположной стене на меня смотрели суровыми взглядами спортсмены, которым довелось выступать в зале и добиться высот. Однако центральное место в композиции на стене были плакаты из журнала «Ring», вернее, выдранные из журнала обложки с изображением наиболее известных боксеров тех лет — Холифилда, Тайсона, Льюиса…

По правую руку был вход, собственно, в спортивный зал, откуда несло потом и спертым воздухом, а также доносились звуки работы по снарядам. Я решил подойти ближе, в зал заглянуть, и немало удивился, когда увидел, что в «Спартанце» занимается молодежь. Ну, в смысле — пацанята лет четырнадцати, может, пятнадцати, школьники еще.

— Слышь, а куда Михал Борисыч делся, у нас тут переусердствовали малеха ребята… — послышался из-за спины грубый мужской голос.

Меня явно с кем-то перепутали со спины. Я обернулся и увидел вышедшего из коридора, ведущего к раздевалкам, парня лет двадцати пяти. В спортивках и белой футболке с надписью Everlast узнаваемым красным шрифтом, естественно, в штаны убранной. Почти белой — я заметил на футболке разводы крови, явно не этого паренька, а чужой. На пальце — серебряный перстень, зубочистка в зубах, и на брелоке висят ключи от бэхи. Он то и дело косился на раздевалки, как будто опасался чего-то.

Парень нахмурился, допер, что перепутал меня с кем-то из своих кентов, и сразу на меня буром попер.

— Ты кто такой? Че здесь трешься, слышь? — спросил он, гоняя зубочистку из одного края рта в другой. — Заблудился?

— В зал пришел.

— Закрыто, — выдал мой собеседник, продолжая коситься в сторону раздевалок.

— Так вон — занимается народ? — я кивнул в сторону зала.