Задумались — ну в смысле, неприязнь неприязнью, а если я не тухляк двигаю? Пусть пошевелят извилинами, это полезно в их случае.

— И че, курить нельзя? — пробубнил Муха, вращая руль.

— Нельзя, пацаны, — я головой помотал и пояснил позицию: — Не потому, что курить — здоровью вредить, и не потому, что я такой вредный.

Ребята смачно хмыкнули — мол, а почему бы еще. Но я спокойно продолжил:"

"— А потому, что на нас из-за ваших семок и сигарет менты выйдут. Вы шкурки и окурки побросаете, а потом придет мент, палочкой ватной поелозит — на слюну, отпечатки с фильтра снимет — пиши пропало.

Конечно, следы рук с окурков изъять — это из области научной фантастики, а ДНК-экспертиза еще в стране не народилась, но такие улики, один фиг, ни к чему оставлять.

— Че, серьезно? — удивился Рябой.

— Да ты гонишь, Боец, — нахмурился Муха.

— Гоню не гоню, но мозги включите. Ладно ещё, вас закроют, но потом ведь на кладбищенских выйдут. Будет Заур вместо того, чтобы делами заниматься, ездить к следакам и бабки заносить, чтобы тему замять. А кто эти деньги потом вернет? — я бровь приподнял и замолчал, вроде как, жду ответа.

Ну просто-таки — к доске, пятый «А».

— А-а-а, — протянул Рябой.

— У-у-у, — поддержал его Муха.

Компаньоны мои призадумались, лбы начали тереть, носами шмыгать. Видимо, достаточно внятно я суть дела объяснил, чтоб вопросов не возникло — быть должным Зауру никому не хотелось. Что до задачи сегодняшнего выезда, ее я пояснил в двух словах, без особых подробностей, но чтобы пацаны в курсах по происходящему были. Пока вещал, мы повернули на Ленина, а оттуда, проехав чуток в сторону Сельмаша, завернули во дворы, на улицу Новаторов, где располагалась главная заводская проходная.

— Короче, парни, не своевольничаем, вопросы будут — задаем, не додумываем. Справимся если, так я за вас перед Зауром слово замолвлю. Идет? — спросил я, закончив краткий инструктаж.

Муха и Рябой закивали. Муха повернул к обочине у одной из «сталинок», где я велел ему остановиться. Я внимательно огляделся — Заур, когда ставил меня на это дело, полагал, что я завод знаю, как свои пять пальцев. Но вот ни фига, я, в отличие от своего предшественника, проработал на предприятии всего-то часа два, да и те даже не проработал, а пробыл. Поэтому был без понятия, как могут происходить местные темные делишки с проносом всяких ништяков за забор.

— Музыку выруби, брат, — распорядился я. — И ближе бери, ага, еще.

— А как выходить, щас в самые кусты въедем? — уточнил Муха.

— Давай смелее газуй, нам нужно номера от любопытных глаз скрыть, как раз за кустами нихрена видно не будет.

Водитель подъехал еще ближе, практически утопив морду «девятки» в кустах. Вот и хорошо, номеров не видно, а нам, в первую очередь, не следует привлекать к себе внимание.