– На что опирался следователь? На то, что Шмидт отдал ювелирную коллекцию ростовщику, чтобы закрыть свой долг по первичному взносу и полностью оплатить квадратные метры.

– Так он все равно мог украсть, – заметила Наташа. – Спер, взорвал, отволок, и упс! Обнаружили фальшак!

– Отличное замечание, – оценил выступление практикантки Никита, – оно демонстрирует нам, где собака и стадо свиней зарыты. Если драгоценности настоящие, то вопрос, где Роберт взял деньги, отпадает. Если они фальшивые, то Шмидт мигом оказывается в очень затруднительном положении, барыга не даст ему денег на оплату жилья, потребует возврата уже полученной суммы, но Роберт заплатил сполна.

Значит, коллекцию ростовщик у него взял, она подлинная. Ан нет! Мы теперь в курсе, что в сейфе был фейк. Но, повторяю, апартаменты оплачены. И можно сделать вывод: кто-то подставил клерка, внес всю сумму, потом устроил так, что подозрение пало на Шмидта. Не было ростовщика. Похоже, Роберта подставили.

– Кто? Почему? – залепетала госпожа Шмидт. – Муж ни одному человеку на свете не причинил зла. Он очень добрый. Верит в то, что все люди хорошие. Просто некоторые иногда совершают ошибки.

– В вашем случае настоящий преступник решил спрятаться за спиной Шмидта и сделал это мастерски, – вздохнул Борис. – У «режиссера» был план действий, он искал главного героя: сотрудника банка, тихого, интеллигентного, с финансовыми проблемами. Таких, наверное, оказалось несколько. Но «автору» спектакля нужен был человек, который каким-то образом имеет отношение к депозитарию. Роберт дружил со Стеллой Григорьевой, он оказался единственным, кого через нее можно было связать с вип-залом ячеек. Поэтому Шмидт «победил» в кастинге.

Давайте теперь зададим вопросы: кто предложил ему участвовать в конкурсе, пообещав за победу квартиру? Маслов. Кто, по словам Шмидта, брал у него конверты с наличкой? Все тот же начальник департамента кредитования.

– История с апартаментами звучит глупее некуда, – заявил Никита. – Расскажи мне кто-нибудь подобную, никогда бы не поверил. Игоря Кирилловича вызвали для разговора, он расхохотался следователю Боронову в лицо: «Это бред!» У Маслова была безупречная репутация отличного работника, прекрасного семьянина, честного человека.

Льву Сергеевичу песня, спетая Робертом, тоже показалась глупой, он сразу поверил Игорю Кирилловичу.

– Зря, – отрезал я. – Боронов не знал, что внешняя сущность Игоря кардинально отличается от внутренней. Маслов вовсе не честный человек и отнюдь не заботливый муж и отец. Светлана Федоровна, расскажите нам про свой популярный «Блог проказника домового»."

"– Совершенно случайно я могу слышать все, что происходит у Масловых дома, – затараторила Константинова, – не хочу, а голоса прямо в уши врезаются.