Кате показалось, что он… принюхивается к ней. Да, принюхивается, как зверь, вот и ноздри у него раздулись.

Это, конечно же, чистейший абсурд, но Кате почудилось… нет, она была уже уверена: ему все известно. И известно ПО ЗАПАХУ. Запах рассказал ему все.

– Мы сейчас все втроем в прокуратуру, – резко, зло бросил старший лейтенант Должиков. – А вы… вы, гражданин Купцов, не забывайтесь тут!

– А что такое? – усмехнулся Гай.

– Да, да, надо ехать, надо торопиться, в прокуратуру опаздывать нельзя, – встрепенулся и адвокат, видимо, разыгравшаяся сцена и его не оставила равнодушным.

…В кабинет к полковнику Гущину Катя влетела с пылающими щеками.

– Федор Матвеевич, как же так получилось, что мы задержали эту Купцову, ЕГО жену, когда по всему, по всей логике эти убийства – ВСЕ ЭТИ убийства должен был совершить ОН!

Нет, она не выпалила все это Гущину. Он не дал ей начать, резко махнув рукой: тихо, не мешай! Он разговаривал по телефону, и лицо его было чернее тучи.

– Только что звонили из МУРа, – сказал он, закончив. – На Воробьевых горах найден мертвым пациент Деметриоса Владимир Жуковский. Похоже на самоубийство.

Участок парка был уже оцеплен «московскими», когда опергруппа областного розыска прибыла на Воробьевы горы. Катя в отличие от вчерашнего дня не горела желанием ехать на осмотр нового места происшествия, который мог продлиться бог знает сколько времени. Но Гущин вдруг стал настаивать: едем, должна посмотреть, «тебе потом может пригодиться». И это туманное, многозначительное «потом» заставляло сердце Кати сжиматься от тревоги.

Слишком много всего, слишком много…

И теперь еще это…

Бедный Жуковский, вот тебе и сеансы у психолога…

Отправляясь на Воробьевы горы, Катя уверяла себя, что это суицид – Гущин так сказал, однако КАК-ТО НЕ ВЕРИЛОСЬ. Потом она вспомнила, что Жуковский – в какой-то мере через свою жену родственник ее друзей Марка и Нины. А затем вспомнила и его брата.

Тело, когда они прибыли, еще не успели увезти. Осмотр места шел полным ходом. Первое, что Катя увидела, была машина – черный «Фольксваген». На нем Владимир Жуковский приезжал к Деметриосу. «У них же был накануне совместный сеанс, – вспомнила Катя. – Неужели он покончил с собой после того, как…»

Кто-то тронул ее за плечо. На месте происшествия было много сотрудников, и все незнакомые, потому что здесь, на своей «территории», командовал МУР. Катя оглянулась и увидела Ануфриева, который когда-то «курировал» от ФСБ дело об убийстве родственников генерала Ираклия Абаканова. С тех пор прошло время, но Ануфриев изменился мало. Только залысины стали больше. Его присутствие тут говорило о многом. Хотя после того, что было обнаружено в квартире на Садовой, Катя участию ФСБ в этом деле особо не удивлялась.