Широкие ступени, должно быть, вели наверх, в сумрачную галерею.

– Добро пожаловать в наш прелестный Тайсхерст-Плейс.

Тихие, нарочито зловещие слова прозвучали прямо над ее ухом и заставили девушку вздрогнуть. Антония, сдвинув брови, быстро обернулась. Филипп последовал за ними в дом и теперь стоял рядом, обводил взглядом темные стены.

– Тут на всем лежит вполне определенный отпечаток, вам не кажется? – Он поймал ее взгляд.

Привычная к обстановке, Катриона настойчиво тянула Антонию за руку. Но та не сдвинулась – рука Филиппа удержала ее за талию.

– Не оставляйте ее одну, даже когда переодеваетесь.

Заглянув ему в глаза, Антония кивнула и последовала наконец за нетерпеливой Катрионой. Та взяла Антонию под руку, они вместе поднялись по лестнице и исчезли во мраке. Филипп озабоченно проводил их взглядом.

Не делая присущих ей попыток с ходу начать разговор, Катриона привела Антонию в мрачную комнату, просторную, но производящую гнетущее впечатление. Нелл уже была здесь и распаковывала вещи Антонии. Покосившись на служанку, Катриона увлекла Антонию в оконную нишу и усадила на диванчик.

– Моя комната следующая по коридору, – сказала она, понизив голос до шепота. Усевшись рядом с Антонией, она поморщилась. – Рядом с комнатой Амброза!

Антония моргнула.

– Да вы что?! – Вообще-то молодых людей разного пола обычно устраивали вдали друг от друга. – Понятно…

– Это я еще и половины всего не рассказала.

Она начала свое повествование, не жалея сочных красок. Но даже нарочитый драматизм не мог затушевать суровые факты. Услышав о том, что приехавшего накануне поздно ночью Амброза – якобы по ошибке – провели в комнату Катрионы, Антония уже не сомневалась, на чьей стороне ее симпатии.

– Если бы я не попросила служанку принести угля, а она бы не замешкалась, я и Амброз могли бы… – Глаза Катрионы подозрительно заблестели. – Мы могли бы оказаться в одной постели! – Катриона молчала, и Антония решила, что ее неприкрытый ужас вызван не только склонностью к актерской игре."

"– Но ведь, к счастью, – Антония наклонилась и ободряюще пожала девушке руку, – этого не произошло? Вы ведь еще не спали, а служанка не успела выйти из комнаты, значит, Амброз вошел не далее порога?

Катриона кивнула.

– Но все равно, вы понимаете, насколько все безнадежно! Если Генри не найдет способ вырвать меня из тетушкиных когтей, меня вынудят вступить в этот брак.

– Амброза тоже, – нахмурилась Антония. – Он сам-то что говорит?

– Естественно, он пришел в ужас, – вздохнула Катриона. – Но его мать имеет над ним громадную власть. Мальчишка полностью у нее под башмаком. Он просто не имеет силы ей перечить, как ни пытается.

– Гмм. – Антония вспомнила слова Филиппа и встала, расправив юбку.