— Итак, можешь начинать объяснять, какого хрена ты так тесно общаешься с этим татуированным уродом, — говорю, продолжая спокойно есть.

Она заглядывает мне в глаза. Да, Лисичка, я не просто ревнивый — я параноик. Мое прошлое научило меня не верить женщинам, даже если любишь.

— Напомни мне момент, когда я обещала тебе отчитываться, — выдает Даша.

— Ты моя женщина и просто обязана это делать! — Лиса усмехается. Язвительно, конечно, сверкая глазками, но все же смеётся, впервые за долгое время.

— А как поживает твоя жена?! — выгибая бровь, спрашивает она, отпивая сок. Ох, решила уколоть в ответ, только я в такие игры не играю.

— Я подал на развод. Мы больше не вместе, — апеллирую я, и Даша закусывает губы. — Так что там с твоим «другом»? Он так мило беспокоился о тебе.

— Это он вызвал мне скорую, и я ему благодарна! — уже серьезно повышая голос, отвечает она.

— Могу отблагодарить его финансово, но чтобы больше я его рядом с тобой не видел! — вот тут я серьезно.

— Сколько я должна тебе за клинику? — вдруг спрашивает Даша и поднимается из-за стола.

— Очень много, всю себя без остатка.

— Я все равно узнаю и переведу тебе деньги. Спасибо за помощь, за поддержку и за покой, который был мне необходим, — опять спокойно и холодно заявляет она и направляется наверх. И тут усмехаюсь я. Моя наивная девочка думает уйти от меня. Встаю с места, ускоряю шаг и догоняю Дашу в гостиной. Хватаю за руку и резко разворачиваю к себе.

— Куда собралась?! Думаешь, так просто от меня уйти?! Нет, Лиса! — хватаю ее за шею и впиваюсь в губы, как мечтал об этом больше месяца, мне даже снились ее губы. Жадно целую, а она не отвечает, приводя меня в ярость. Кусаю ее губы, заставляя открыть рот. — Отвечай мне! — рычу ей в рот, но она застыла как неживая. И что-то мне подсказывает, что она специально меня злит. Отрываюсь от нее, хватаю за талию, поворачиваю к себе спиной и толкаю к комоду. Грубо нажимаю на спину, вынуждая ее лечь грудью. Хватаю за бедра и тяну их на себя, оттопыривая попу.

— Что ты делаешь? Мне нельзя! — ее сдает голос, он возбужден и срывается. Маленькая сучка специально со мной играет.

— Я сделаю только то, что можно! — Она пытается встать, но я вдавливаю ее в комод. — Лежать, я сказал! — хватаю за резинку ее штанов и стягиваю их вниз вместе с трусиками. — Перешагни! — прошу я.

Снимаю с нее толстовку, под которой нет бюстгальтера. Отшвыриваю вещи в сторону, а белые трусики разрываю по шву. Беру ее руки, выкручивая назад, и связываю запястья трусиками. Даша уже не сопротивляется, дышит глубоко, глотая воздух, пытаясь скрыть возбуждение, сжимая ноги. Понимаю, что на жестком комоде ей будет неудобно, поэтому поднимаю ее с комода и веду к креслу. Даша такая покорная, что даже страшно. Но я связал ее — далеко не убежит.