Вседозволенность настолько его опьянила, что он стал думать, будто ему все позволено.

Ваза разлетается на мелкие осколки, и я удовлетворенно улыбаюсь в поисках других предметов. Сердце колотится как ненормальное, в кровь выбрасывается адреналин, смешиваясь со злостью и страхом, заставляя меня совершать неадекватные поступки.

— Сорок восемь тысяч, — спокойно говорит он, осматривая осколки, продолжая курить кальян и пить вино.

— Что?

— Эта ваза стоила сорок восемь тысяч, — спокойно повторяет он.

— Кажется, ты переплатил.

— Фарфор от «Vista Alegre»."

"— Эта тоже? — указываю на такую же вазу с другой стороны, и Тимур кивает.

Беру ее и с удовольствием разбиваю, глядя, как осколки летят к ногам этого самонадеянного гада. Потом хватаю какую-то увесистую пепельницу. — Отпусти меня, или я разгромлю весь твой дом! — требую, на что Тимур снисходительно улыбается. Швыряю пепельницу в стену, попадая в картину. Осколок отлетает в сторону Тимура, но он ловко уворачивается.

— Пепельница — двенадцать тысяч и картина — сто двенадцать. Продолжай в том же духе, — спокойно и даже холодно говорит он. А я глотаю воздух от захлестывающих эмоций.

— Не находишь, что я очень дорого тебе обхожусь? — приподнимая бровь, спрашиваю его.

— Двести двенадцать тысяч на твоем счету, — констатирует он и вновь выпускает дым в мою сторону.

— Запиши в кредит и отпусти меня!

— Будешь рассчитываться натурой?

— Только посмей прикоснуться ко мне! — задыхаюсь от злости.

— Все, мне надоел этот спектакль, — холодно произносит Тимур и встает с кресла. Вздрагиваю и больно закусываю губы, когда он резко сметает рукой со стола посуду с едой и напитками. Все разбивается и разбрызгивается к чертовой матери.

Тимур подлетает ко мне, хватает за ворот свитера и швыряет на этот стол, наваливаясь сверху всем телом. Меня сковывает от страха, потому что бездна в его глазах разрастается. И я уже не такая смелая и дерзкая.

— Все Даша, доигралась! Мое терпение закончилось! Пиз*ец тебе!

Смотрю в его темные глаза и понимаю, что он на грани, зверь срывается с цепи и хочет растерзать. Слишком долго его дразнили. Застываю, закрывая глаза. Сопротивление приведет к агрессии, поэтому я не двигаюсь, не кричу, только глотаю воздух, чувствуя, как меня окатывает волнами страха.

В голове почему-то возникают воспоминания о Саше и о том, как он слетал с катушек. Страшно, внутри что-то сжимается, и немного потряхивает от выброса адреналина. Я перегнула палку, не нужно было крушить все вокруг.

Он хватает свитер и грубо, несдержанно стаскивает его с меня, потом срывает пуговицу с джинсов и дергает их вниз, вынуждая меня приподняться и дать ему снять. Тимур ждет сопротивлений, но я как послушная кукла покорно позволяю оставить меня в одних трусиках и бюстгальтере.