Как Марк себя оправдывает и оправдывает ли вообще?

– Ты когда-нибудь спал с замужними или помолвленными?

– Для меня все люди свободны, пока живы.

– Ты хотел сказать, что для тебя все девушки трахательны, если дышат?

– И если они не сопротивляются, – ничуть не смутившись, дополняет он.

– Мило, но это не ответ. Было или нет?

– Отвечу, если и ты скажешь.

– Я как-то встречалась с женатым полгода, – беспечно пожимаю плечами, но умалчиваю о том, что узнала об этом от его жены. Сразу после пощечины, которую она отвесила мне посреди торгового центра. Тогда-то мне и стало ясно, почему мы с ним сошлись. Я не требовала внимания двадцать четыре на семь, а он не заливал мне про счастливую семью и обязательства. Благодать. Но больше к женатикам я не подхожу, слишком уж мне нравится мое лицо.

– Плохая девочка, – хищно улыбается Марк.

– Отвечай! – нетерпеливым тоном приказываю я.

– Было пару-тройку раз.

– Ты знал об их положении?

– Иногда.

– И что чувствовал? Наверняка твое эго было в восторге. Они выбрали меня, я для них круче, чем их тупорылые женишки.

– Эти встречи не отличались от всех остальных.

– То есть это не та самая фантазия, которая заставляет твой… – опускаю взгляд на его брюки, – работать в полную мощность?

– Ему не нужны допинги, – Марк понижает голос и заправляет выбившийся локон мне за ухо, скользнув кончиками пальцев по шее, – если девушка хороша.

Стук сердца ускоряется, жар приливает к щекам. С лестью у Рождественского тоже нет никаких проблем. И здесь так тесно. Хорошо бы выбраться на воздух, но мы еще не дошли до нужного этапа.

– Было ли такое, что женихи или мужья узнавали? – задаю следующий вопрос.

– Хочешь знать, получал ли я по роже?

– Или любой другой забавный случай.

– То, что ты находишь измену или избиение забавными, уже забавно.

– Меня не слишком волнует, что другие люди делают со своей жизнью, если это не касается меня лично.

Марк искривляет губы, опуская уголки, и качает подбородком. Кажется, ему понравился мой ответ.

– Морду мне били, конечно, но не за такое, – он задумчиво смотрит в сторону. – А из забавного: одна девушка недавно забыла у меня помолвочное кольцо.

Да, да. Я в курсе. Теперь нужно выведать, что он собирается с ним делать.

– Ты его вернул?

– Нет. С чего бы? Что упало, то пропало. Камень там гигантский, если заложу, смогу купить себе тачку.

Прикладываю холодный край бокала к губам. Все-таки он сволочь. Вопросов больше нет.

– Ты только что говорила, что тебя не касается жизнь других людей, а теперь мысленно меня осуждаешь.

– Одно дело спать с ними, а другое – намеренно рушить им жизнь.

– Знаешь, Ната… есть такая штука, она называется ответственность, и я не собираюсь брать ее за кого-то, кроме себя. Я никого не заставлял, не опаивал, не применял гипноз.