И Мир совершенно точно об этом знает, поэтому, как только я приближаюсь к нему — распускает руки, оглаживая и сминая ягодицы.

Я всматриваюсь в по-мужски красивые черты лица. Ловлю жадные взгляды и импульсы. Раз за разом прокручиваю в памяти наш секс. Предполагаю, будет ли ещё. Скорее всего да. Иначе для чего нужно было оставлять меня здесь на ночь?

Пока с трудом представляю повторение, потому что по ощущениям — между ног одна сплошная рана, но я вполне готова к компромиссам.

— Не работай больше в клубе, — серьёзно произносит Ратмир.

Взгляд прямой и хмурый. Шутки кончились. Перевести тему тоже не получится — слишком остро она между нами стоит.

— Почему?

Шумный выдох звучит довольно раздражённо. Я закрываю крышку и отхожу в сторону.

— Я уже пояснял причины, Даша. Там небезопасно для восемнадцатилетней девушки. Контингент отстойный. Работа нелегальная. Часто захаживают менты. Раз повезёт, два. В третий — нет.

В этой заботе хочется уловить больше, чем стоило бы. По предплечьям рассыпаются сотни мурашек и упрямо маршируют ниже.

— И ты там не работай.

— Даш.

Мир берёт меня за запястье и стискивает пальцы. Не смотрит, а полосует. Хочет, чтобы было по его. И в этом он снова походит на отца.

Неужели забыл, сколько упрёков было, что я живу на деньги Олега Вячеславовича?

— Я не твоя младшая сестра, чтобы мной командовать, — спокойно отвечаю. — Извини, но эта работа мне вполне подходит.

Стараюсь говорить выдержанно и понятно, но внутри всё клокочет от обиды. В планах было накопить на аренду квартиры и съехать, получив автономность.

— График отличный. Деньги быстрые и лёгкие, — сбивчиво перечисляю. — Если ты волнуешься, что мы будем часто пересекаться и я как-то скомпрометирую тебя, то этого не будет. Я не дура. Всё, что было в этой квартире, — не выйдет за её пределы.

Почему-то от мысли, что это всего лишь разовая акция и, помимо меня, Мир будет заниматься сексом с кем-то ещё — в груди натуральным образом печёт от ревности. И никакие внутренние убеждения в том, что этот парень — не мой, не действуют.

Иллюзия вырастает до неконтролируемых масштабов и ловко перекрывает реальность.

Хочу, чтобы был мой.

— Дело абсолютно не в этом, — разводит руками Ратмир. — Я уже говорил тебе — пользуйся деньгами отца, пока есть возможность. Раз дает, значит, есть за что… До твоей матери у него никогда не было любовниц.

В голосе сквозят ноты сожаления и презрения одновременно, но одно ясно — не ко мне.

Я не планирую лезть в душу и оправдываться за мать, потому что нахожусь не в самой выигрышной позиции — на стороне «врага». Всё, что я могу сделать, — это перевести разговор в другое русло.

— Хочу есть, — вполне искренне признаюсь.

Мир кивает и, встав со стула, подходит к холодильнику.

По времени — третий час ночи.