Трусливая слабачка без чувства гордости, Дашка.

Молчу, потому что по щекам катятся слёзы. Казалось, я все их давно уже выплакала, но нет — что-то осталось.

Вытираю влагу тыльной стороной ладони. Жую губы.

Я боюсь за тебя, Мир. Боюсь за мать. За себя. Возможно, это и есть слабость, а быть может нормальное здравое чувство самосохранения.

— Я сама. Так. Решила. Ты плохо меня услышал?

— Ты готова лечь под богатого ёбаря, как мать? Обслуживать? Сосать до посинения? Такой намечался план роскоши? Самой, блядь, не противно?

Из-за звона в ушах последние фразы пролетают мимо. В глазах Ратмира я падаю ниже некуда. Это ещё не дно, но близко.

Всё получилось. Сценарий отыгран до мелочей, но удовлетворение испытывает исключительно Олег Вячеславович.

— А если я заплачу больше, чем он? — не унимается Мир, выплёвывая обидные слова. Распиная за предательство. Презирая. Ненавидя.

Авдеев-старший напрягается и поддается вперёд. Упирается руками в колени, сплетает пальцы в плотный замок. Играет скулами.

— Вот когда заплатишь, тогда и поговорим…

В динамике звучит мощный треск и звон. Я вжимаю голову в плечи и трясусь в надежде поскорее закончить экзекуцию.

Забываю дышать. От шока перестаю чувствовать. Медленно умираю.

— Да что же вы все такие ебанутые?!

Мир рычит от злости, не добившись нужного ответа и понимания. Мне больно. Ему тоже. Кто нам поможет?

— Паршивая наследственность… Ты же сам когда-то говорил.

На другом конце провода раздаются долгожданные короткие гудки. Я часто моргаю. Мамин любовник смотрит в упор и упивается победой, которую не заслужил.

Я отмираю и швыряю телефон ему под ноги. Падаю лицом в подушку под скрип кресла.

— Я как раз хотел забрать. Спасибо, Дарья.

Чтобы не разрыдаться слух, до крови кусаю губу. Мир рушится на глазах. Планы, стремления и мечты превращаются в выгоревшее поле, полное пепла.

— Выйдите, — сипло прошу.

К плечу прижимается крепкая рука. Пальцы впиваются в кожу. Мне мерзко до тошноты."

"— Ты хорошо справилась, Даш. Умница, — утешает Олег Вячеславович. — Поверь, другого варианта для вас просто не существовало. Мой сын слишком самоуверенный и порывистый. Это сейчас он обещает золотые горы, а потом так же быстро остынет и пойдет дальше. Если надо — по головам. Моя порода.

— Поздравляю.

Выйдите. Нахрен. Из моей жизни!

— Ну-ну, полегче. Так бывает... Я дал обещание Ольге, что сделаю всё возможное, чтобы ни тебя, ни Ксении — и близко не было рядом с нашей семьей. А возможности, как ты понимаешь, у меня неограниченные.

Глава 55

Два месяца спустя

Как только шасси самолёта касается взлётной полосы, я отстёгиваю ремень безопасности и тороплюсь протиснуться ко входу одной из первых, несмотря на возмущения других пассажиров.