Не стесняйтесь в выражениях, Анна Ивановна, — с трудом сдерживая накатывающее бешенство, отвечаю, — Они же нелюди в вашем понимании? Дети слуг не имеют права на кусочек счастья, его же заслуживают только представители знатных фамилий?

Графиня стала напоминать выброшенную на берег рыбу. Пыталась, что-то ответить, но глотала воздух и не смогла произнести, ни слова. Наверное, не привыкла, что её так жёстко ставят на место. На помощь пришла её подруга Головина, которая хорошо знала моё отношение к подобным вопросам и попыталась сгладить углы.

-Константин Павлович, — произнесла Варвара в своей полусерьёзной манере, — Анна имела в виду иное.

У нас есть дети и мы хотим, чтобы они тоже насладились таким невероятным представлением.

Мой взгляд, как всегда, переместился на задорно торчащую грудь графини и злоба сразу сошла на нет. Меня начали посещать более фривольные мысли и образы. Вот ведь умеет человек себя подать, это, наверное, природное. Ещё и характер лёгкий, что наряду с яркой внешностью убойно действует на мужчин.

-Простите за излишне резкую реакцию, — делаю лёгкий кивок в сторону Толстой, — Но организатор праздника Юлия, с ней и договаривайтесь.

Со своей стороны выделю вам Деда Мороза.

После моих слов обстановка разрядилась, кто-то даже засмеялся. Юля заверила благородную публика, что всегда готова ей помочь. Договорились, что представление будет послезавтра, так как нужно подготовить подарки и пригласить гостей.

Следующий день был посвящён вопросам экономическим. Супруга уже несколько дней пытала меня на предмет организации мануфактуры по производству детских колясок. В шутку предложил организовать акционерное общество и не ограничивать себя выпуском только одного вида продукции.

Предложил и забыл, но в отличие от меня Юля всё восприняла всерьёз и сегодня у нас самое настоящее заседание пайщиков будущей компании. И если участие в этой авантюре фрейлины Жегулиной и младшей Браницкой напрашивалось, так как они очень тесно общались с Юлей. Но мать и дочь Рённе, которые соответственно исполняли роль гофмейстерины двора моей супруги и её фрейлины, стали для меня откровением. Хотя дело намечалось перспективное, и организация подобного производства было бы встречена в свете лояльно. Я уже задал определённую моду на участие дворян в организации мануфактур. Мало кто откажется от дополнительных средств, тем более, если сын Императора успешно занимается производством канцелярской продукции. Вот и немки решили не мудрить стать акционерами новой компании.

Мне не хотелось глубоко погружаться в область коммерции, но пришлось изменить решение по двум причинам. Ещё до моего ареста обсудил с Шульцем стоимость программы переселения и создания артелей.