От БИУС-а, обнаружившего, что мне не верится в искренность демонстрируемых чувств:

— Игнат, она вам поверила, сняла ВСЕ маски и радуется от ВСЕЙ ДУШИ! Дальше объяснять⁈

Я отрицательно мотнул головой, задвинул куда подальше накатившее чувство стыда и улыбнулся. Вовремя: девчонка как раз докопалась до второй коробки, намеренно спрятанной за контейнером с подводным буксировщиком, и заверещала снова:

— Ур-р-ра, тут еще ИДА-шка, ласты и гидрокостюм! Ребят, я вас обожаю!

Одними словами не ограничилась: переместилась рывком к Иришке, стоявшей ближе всех, и затискала в объятиях, затем «атаковала» Олю, а меня замучила на десерт.

Потом отняла букет, зарылась в него носом и… вернула обратно:

— Не добегу до туалета за пять секунд — описаюсь…

Следующие четверть часа после возвращения в спальню Уфимцева изображала маленькое солнышко. Хотя нет, не изображала, а была им — светила на зависть любому светилу, радовалась жизни, при любой возможности обнимала и целовала того из нас, кто оказывался ближе, много шутила, поглядывала на коробки и плавилась от предвкушения. Увы, стоило ожить ее телефону, как от искреннего счастья не осталось и следа — солнышко превратилось в потомственную аристократку, а от улыбки, согревавшей сердце, остались одни воспоминания.

Я почему-то решил, что это — реакция на звонок кого-то из ухажеров. И не угадал — как оказалось, ее набрала родная мать. И, судя по ответам Светы, совместила «приятное с полезным», то есть, поздравления с разносом. Само собой, настроение испортилось и у нас, а именинница, сделав три или четыре попытки унять не на шутку разошедшуюся родительницу, прокусила себе губу и… взорвалась:

— Во-первых, я тебя пилить через всю страну и не заставляла.

Поэтому можешь вызывать такси, ехать в ближайший аэропорт и улетать хоть к черту на рога. Во-вторых, этот коттедж — МОЙ, а значит, Я РЕШАЮ, уютный он или нет, и имею полное право пропустить мимо ушей твои настоятельные просьбы что-то там срочно изменить. В-третьих, я СОВЕРШЕННОЛЕТНЯЯ, так что вправе распоряжаться своей жизнью так, как считаю нужным. Вот и ночую там, где чувствую себя счастливой, и являюсь домой тогда, когда хочу. И, в-четвертых, я вернусь В СВОЙ КОТТЕДЖ С ДРУЗЬЯМИ. И если ты опять начнешь строить из себя вершительницу чужих судеб и истину в последней инстанции, то даю слово, что забуду о твоем существовании раз и навсегда!!!

Выслушивать ответ матери на этот монолог и не подумала — оборвала звонок, в сердцах метнула трубку на диван, посмотрела на мелко трясущиеся пальцы и криво усмехнулась:"

"— В семнадцать лет мою мать включили в список потенциальных невест Цесаревича Михаила Владимировича.

На каком этапе ее отбраковали и по какой причине, семейные легенды умалчивают. Да это и неважно.