Иногда этот лед не только сковывал, но и успокаивал. Как сейчас. Стоя рядом с ним, все страхи уходили на второй план, и казалось, что все проблемы решаемы.

— Света, главное, что я знаю, насколько тебе дорог наш ребенок.

— Он вновь “наш”? — не могла не улыбнуться.

— Все может быть, — кивнул эрлорд и провел большим пальцем по моей щеке. — Просто не волнуйся о чужом мнении. Думаю, все равно необходимо будет обнародовать твою настоящую личность.

Я встрепенулась.

— Разве тогда не будет проблем с наследованием титула Великой леди?"

"— Это тонкий вопрос, — ответил эрлорд.

 — Возможно, тебе придется отказаться, хотя один из твоих детей унаследует титул как прямой наследник де Шалиса по крови. А возможно, слово Хассаира будет решающим. В любом случае сначала мы вскроем тайники де Шалиса и проверим его корреспонденцию, а после придется объявить о тебе. Как я уже говорил, магистр Энрад с высокой вероятностью предатель, значит, ему всё известно. Мы не может позволить наваитам использовать эту информацию в качестве инструмента шантажа. Самая лучшая защита — полная открытость.

— Ты прав, — ответила я со вздохом, — но как отреагируют все на подобную новость? Что скажут?

— Неважно, — моментально ответил Анвэйм и опустил руку на живот.

 — Ты мать наследника правителя Ардахейма и истинная правителя Фарахейма. Каждому в любом случае придется считаться с нашим мнением.

— Всем, кроме твоей законной жены, — напомнила я, и Анвэйм раздраженно отвернулся. Ну вот, во мне опять проснулось ехидство.

— Кстати, хотела сказать, что просто поражаюсь твоим талантам.

— Каким же? — посмотрев мне в глаза, спросил Анвэйм.

— Не каждый способен превратить приличных леди в настоящих воительниц за сердце мужчины.

Хотя подозреваю, им важно не твоё сердце, а статус и деньги, не так ли?

Но эрлорд смотрел на меня так, будто я неправа. Неужели?

— А тебе? Тебе что важно, Света?

Сложный вопрос. На самом деле я не так уж от них отличаюсь в том плане, что мне тоже важно счастье. Но мое счастье заключается не в деньгах и статусе, а любви. Любви к мужу, ребенку, созданию счастливой семьи. Но так ответить я ему не могла. Джина бы сочла, что сейчас идеальный вариант прижаться к эрлорду, томно вздохнуть и заверить его, что ничего важнее него для меня нет.

Но любого рода ложь мне претила, поэтому я положила руки на живот и серьезно произнесла:

— Мой ребенок.

Кажется, он ожидал не такого ответа, совсем не такого, потому что резко наклонился ко мне. Я затаила дыхание. Его взгляд был прикован к моим губам, а затем мужчина медленно приближался и… должно быть, он бы поцеловал. Каждый бы почувствовал вкус желанных губ на своих. Но мы не можем быть вместе. Быть может, эрлорд увлечен, временное помутнение рассудка, но в итоге он всегда выберет власть.