Словно в подтверждение ребенок толкнулся. Я уже так к этому привыкла: чувствовать его, ощущать его по сотне раз на дню. Просыпаться вместе с ним и думать о том, как я буду любить и заботиться о нем, когда он родится. Я не могу позволить дать его в обиду. Никому. Будь то загадочный Даргерт или эрлорд.

Дверь открылась. Я слегка вздрогнула, увидев его светлость: как всегда безупречного, собранного, одетого с иголочки. Иногда его совершенность наводила на меня уныние. Разве такой мужчина можнт оказаться хорошим отцом? Он слишком увлечен собой и максимум, что его интересует — дела Ардахейма.

Конечно, я могла ошибаться и мои слова — не истина в последней инстанции, но именно такое впечатление он производил. Холодный, надменный светлый.

— Добрый вечер, Аламинта.

— Рада видеть вас, ваша светлость.

— Какая неприкрытая лесть, — усмехнулся он и, сняв сюртук и повесив его на стул, лег рядом.

Странно, я привыкла к этой близости и даже не шелохнулась, просто осталось лежать так же, как и была: в одной светло-розовой сорочке. Сам же эрлорд был в брюках, светлой рубашке и жилетке, которая весьма выгодно подчеркивала широкие плечи и узкую талию.

Сегодня мне хотелось любоваться им как мужчиной: видимо, письма Аламинта оказывали на меня неправильное влияние.

— Как он сегодня себя вел? — спросил мужчина и потянулся к краям сорочки, начав приподнимать её. Я же привычно натянула одеяло, оставив открытым лишь округлый живот. — Привет, наследник.

Я застыла. Он первый раз обратился к нему. Это растрогало меня: на глазах проступили слезы. Чертовы гормоны, проявляются в самый неподходящий момент! Положив руку на живот, эрлорд направил магию к ребенку. Тот с благодарностью принимал её, пока я вновь млела от этого обмена энергиями.

Мне действительно нравилась светлая магия.

Я привычно начала засыпать, когда Анвейм неожиданно поправил прядь моих волос, упавшую на лоб. Сон как рукой сняло, я удивленно посмотрела на мужчину.

— Вы же сейчас не проявили нежность? — спросила удивленно. Если это так, я решу, что сегодня мир сошел с ума. Эрлорд убрал руку с живота и опустил сорочку вниз, а после посмотрел на меня.

— Какая нежность, Аламинта? — цинично спросил он. — Всего лишь забота о той, кто носит мое дитя.

Ах так, да?

— Ваше дитя? А вам есть до него дело? Или вам важно только пророчество? — взвилась я.

На самом деле, я не просила от него проявления никаких эмоций, поэтому подобное раздражало. Ребенок — мой, и без разницы, кто биологический отец. В нашем мире существует донорство, так будем считать, что эрлорд в этом случае — просто донор. И никаких прав на ребенка не имеет.

— Ты это у меня спрашиваешь? — с усмешкой спросил светлый и поднялся. — Перепады в твоем настроении не впечатляют меня. Обдумай свое поведение.