После она завила локоны щипцами и оставила распущенными. Я все еще пыталась привыкнуть к своей внешности, особенно — к большому животу, но это удавалось с трудом.

Сюрпризом для меня стал его светлость, который дожидался меня в прилегающей к спальне гостиной. Только не говорите мне, что он собирается провести со мной обед! И пропустить его не могу, так как изрядно проголодалась. Или проголодалось это тело? Хотя теперь я с ним одно целое.

Мужчина поднялся с кресла и подошел нарочито медленно, рассматривая меня. Его светлый длинный камзол со стойкой-воротником был расшит золотыми нитями, на ногах светлые свободные брюки, уходящие под голенище мягких сапог с слегка загнутыми носами. Он не отводил от меня льдистых глаз, в которых застыл как минимум интерес. А если он догадается, что я — не Аламинта? Что тогда сделает?

— Ты будто… другая.

Неужели? Какая наблюдательность, ваша светлость!

— Я все та же, — твердо произнесла я, сцепив вместе пальцы. — Просто отныне я для вас — закрытая книга. Вы видите во мне загадку, вот и хотите думать, что я изменилась. Чем обязана повторной встрече, ваша светлость?

На последней фразе голос предательски дрогнул, но я надеялась, что мужчина этого не заметил. Он продолжал смотреть на меня слишком проницательно, слишком пристально, отчего мне хотелось словно страусу спрятать голову в песок.

— К вечеру прибудет целительница, эстресс Марисель, — неожиданно перевел разговор эрлорд. — Она будет следить за твоим состоянием здоровья и сопровождать тебя на прогулках.

Одним словом — контролировать. Судя по расставленным акцентам, я поняла, что эстресс — это не имя, а скорее обращение, что-то вроде “мисс” или “миссис”.

— Благодарю за заботу, эрлорд, — вежливо, но холодно откликнулась я.

Правитель прищурился, будто вновь пытался угадать мои эмоции, но в итоге лишь разочарованно отвернулся и подал мне руку.

— Решил, что сегодняшний обед мы проведем вместе.

— Разве вас не ожидает лорд де Шалис в столовой? — спросила я, прекрасно помня о приглашении “отца”. — Вам не стоит из-за меня менять планы.

— Я и не собирался менять из-за тебя свои планы, я меняю их по своему желанию. Сейчас я хочу провести время с тобой, убедиться, что с ребенком все в порядке.

Ах, ну да, как же я могла забыть, что я здесь никто?

Стол, за которым был накрыт скромный обед, был трансформером, то есть из журнального мог становиться обеденным. Сейчас он был сервирован на две персоны, то есть его светлость предупредил Авину о своих желаниях. Меня бы еще кто предупредил, было бы совсем замечательно.

Эрлорд отодвинул стул, помогая мне сесть, после чего сел рядом и расправил салфетку. Все его движениях были выверенными и такими легкими, что на мгновение я зависла.