Убивать его не собираюсь, хоть и хочется. Такие уроды недостойны жизни. Мало того, что пытался надругаться над Таней, так ещё и камеру включил. Ничего, сейчас я узнаю, кто там такой любитель посмотреть запрещёнку."

"Прекратил бить его молнией, и он более-менее пришёл в себя, всё ещё валяясь на полу. Присел на корточки, схватил его за грудки и приподнял. Направил в руку технику, а в следующее мгновение у меня над плечом промелькивает рука и вилка воткнулась в шею сына графа, заставляя того захлёбываться в собственной крови. Она брызнула во все стороны и попала на мой пиджак, а также на лицо.

Он умирал долго и всё это время я держал его в руках, не позволяя умереть быстро и поддерживая в нём жизнь ещё некоторое время. А также вливая в его тело тёмную энергию, стараясь добраться до души и разрушить её, чтобы у него не было и шанса на вторую жизнь. Когда всё кончилось, отпустил мёртвое тело и обернулся. Прижимая к себе руки и дрожа, на меня смотрела зарёванная Таня.

— Молодец, — я улыбнулся. — Хороший удар.

Подошёл к ней и прижал к себе, поглаживая по голове. Девушка разрыдалась, уткнувшись мне в грудь. Её плачь был настолько неистовым и диким, что я пожалел о том, что не целитель и не мог сохранить ублюдку жизнь, чтобы убить его ещё раз.

— Он… Я… Он… ААААА, — рыдала девушка, а я продолжал поглаживать её по голове.

Когда плач немного стих, попытался отодвинуть Таню, но она уцепилась за меня и не хотела отпускать. Тогда я подхватил её на руки и сел на диван, посадив девушку себе на колени, так как яд я хоть и обезвредил, но не полностью, он всё ещё есть в её теле и ей явно неудобно стоять.

— Он… — тихо произнесла она спустя время, всё ещё вздрагивая и всхлипывая.

— Главное, что он ничего не успел сделать, — ответил я. — Так что не переживай, твоя девичья честь не поругана. Да и не важно, что он видел, а что нет, мёртвый никакие знания с собой не унесёт.

Уж я об этом позаботился. Мне удалось добраться до его души и повредить её, так что теперь ему никакой второй круг не светит. А если и светит, то в роли какого-нибудь дурачка.

Про то, что я видел её голую — пожалуй, вспоминать не стоит. Вилки в горло, конечно, не боюсь, но рисковать всё же не хочется, да и девушку расстраивать тоже.

Так мы сидели ещё какое-то время, пока Таня наконец не перестала плакать. Впрочем, отпускать меня она всё ещё не спешила.

— Он… Мёртв? — послышался её тихий голос.

— Мёртв.

— Я дура, да? — как-то грустно спросила она. — Ведь теперь это обернётся проблемами, да и не смогу ничего узнать. Я… Мне… Просто… Было… Страшно… — Таня вновь заплакала.

— Всё прошло, не волнуйся, — погладил её по волосам и по спине. — Да и ты молодец. Единственное что жалко — это то, что его нельзя воскресить и ещё раз убить, — вздохнул я.