"

"Для прессы было сделано официальное заявление, в котором все случившееся в усадьбе объяснялось неудачной шуткой лорда Синклера Бернета. Шутник выразил сожаление и принес всем, на кого пало Подозрение, свои извинения. За такие шутки Синклер мог бы сурово поплатиться, но за него заступился его влиятельный дядя, служащий в Скотланд-Ярде, и все обошлось. Дело замяли, и проказник отбыл в Южную Америку, отсиживаться там на ранчо, пока не уляжется пыль.

Тони с легкостью забыл нанесенное ему оскорбление, но Карен затаила в сердце обиду. Утром посыльный доставил ей письмо от маркиза, в котором он извинялся перед ней. Карен попросила посыльного подождать, села за стол и написала заявление о расторжении контракта.

Ирвин предлагал ей стать его секретарем, поскольку Марта изъявила желание работать в Блэквуд-Тауэрс в качестве директора выставочного центра и нового конференц-зала. Тони остался на посту заведующего библиотекой. С Мартой у них наладились теплые отношения.

Ирвин предложил Карен стать не только его личным секретарем, но и любовницей, а со временем, возможно, и чем-то большим… Но ее настораживала одна маленькая подробность: он платил алименты пяти бывшим женам и содержал множество отпрысков. Рисковать Карен не хотелось…

Оставалось одно - вернуться в родительский дом и начать искать новую работу. Такая перспектива бесила ее, ей хотелось отхлестать Мэллори по физиономии, выцарапать ему глаза, оторвать его мужское достоинство и растоптать его. Но маркиз избегал встреч с ней.

Сандалии стали увязать в песке, задумавшись, она не заметила, как вышла на пляж. Крикливые чайки кружились над волнами, высматривая рыбу или крабов на мелководье. Карен скинула сандалии и одежду и побежала к морю. Ветерок ласкал ее соски и трепал волосы. Вода оказалась ледяной, у Карен перехватило дух. Холодок проник в ее потайные углубления. Она захлопала ладонями по воде, поднимая фонтаны брызг.

– Нам нужно поговорить, Карен! - услышала она голос Мэллори.

– Оставьте меня в покое! - вскрикнула она, закрыв груди руками. Ситуация выглядела нелепой и мелодраматичной.

– Нет! - твердо сказал маркиз и наклонился над ней. Она посмотрела в его янтарные глаза и увидела в них печаль. - Я не могу позволить вам уехать! Я хочу, чтобы вы продолжали работать в имении, - сказал он.

– Никто не может мне приказывать! - холодно ответила она.

– С вами невозможно разговаривать! Вы чертовски упрямы. Вылезайте из воды, поговорим в нормальной обстановке, - сказал Мэллори.

Она протянула ему руку, и он помог ей выбраться на берег.

Карен подхватила с камня полотенце и одежду и быстро пошла к груде валунов, чтобы вытереться насухо и одеться.

– Выслушайте меня, Карен! - Мэллори схватил ее за локоть и повернул лицом к себе.

Груди ее затряслись.