Хлопок и все наши взоры обратились к тренажеру. Кресло, с сидящим в нем курсантом, устремилось вверх по балке. Помню, что перегрузка могла возникать солидная в момент подъема. Нередко травмы случались.

Обучаемый скривил лицо от напряжения, но в процессе медленного снижения был похож на человека, очень долго ждавшего очередь в уборную и, наконец, сделавшего свои дела.

— Чë встали? Шевелите своими ластами, псы! — рыкнул ефрейтор, заметив, что строй не двигается.

— Подойдите сюда, товарищ собаковод! — прозвучал голос со стороны тренажера. Невысокий, квадратный, с гладкой лысиной офицер в оливковой рубашке и камуфлированных штанах помогал курсанту вылезать из кресла. — Я на тебя сейчас намордник натяну. За забором будешь псов гонять, а здесь люди, уяснил? — сказал он, когда ефрейтор подошел ближе.

Буркнув что-то невнятное из разряда «понял» или «виноват», он побрел обратно к нам и скомандовал продолжить движение.

Перед белым трёхэтажным зданием с табличкой «Казарма 2-го батальона курсантов» и двухстворчатой деревянной дверью, нас уже встречал высокий майор, весело общающийся с несколькими солдатами и сержантами. Наш «старший» доложился ему и присоединился к живому обсуждению какого-то веселого события с такими же ребятами в х/б обмундировании.

— Я приветствую всех. Майор Неваднев Алексей Леонидович. Один из ваших будущих командиров взвода, а может и роты.

У Неваднева была нехарактерная для большинства офицеров стойка — ноги широко расставлены. На флоте что-ли служил? Не отошел от качки?

— Проблемы, предложения, просьбы? Нет. Размещаемся и в штаб приема.

На дверях расположения красовалась табличка «5 рота». Вот точно дежавю! Второй батальон, пятая рота, третий взвод — в этом подразделении я и служил, будучи курсантом Белогорского училища. Теперь всё повторяется. Ну что ж, привыкать не придется заново.

На входе пост дневального, который сейчас никто не занимал. «Тумбочка» — так его называли всегда и во все времена. Над головой вместо двухглавого орла изображение советского флага с надписью «Служу Советскому Союзу». Несколько стендов, на которых уже развешаны объявления, расписания и другая информация для абитуриентов, то есть нас. И как же без «подсказок» для дневального — какие команды и во сколько подаются, кому подавать, а кому не подавать «Смирно!».

А также зеркало, которое всегда должно блестеть, как у кота «известное место». Любимое место для выдавливания прыщей у курсантов.

Спальное расположение и центральный проход — «взлётка» на военном диалекте — небольшое, разделенное аркой. Деревянные полы слегка запыленные и не натерты, как это принято в армии. Видимо, исправление этих недостатков поручат нам.