При чём не только по своим специальностям, но и по другим, начиная от стоматологии (выдернуть зуб), заканчивая штопаньем ран.

Я шла к ним в гости и заодно решила навестить Омара. Повар по словам всё той же Мони, работал подавальщиком в трактире на окраине города.

Мужчину я нашла внутри таверны, протирающим столы. Зал в это время суток был пуст, за исключением пары завсегдатаев, пьющих пиво из высоких деревянных кружек.

— Привет, Омар! — улыбнулась я ему, — как дела?

— Аня! Привет! — искренне обрадовался он, подлетая ко мне, — ты какими судьбами сюда забрела?

— Омар, а где мы можем переговорить наедине? — спросила я, разглядывая знакомца более пристально. Видно, что его не обижают, одежда опрятная, мужчина выглядит сытым, вот только огонька и задора в глазах не заметно.

— Пойдём во двор, — оглянувшись на барную стойку, за которой стоял огромный оркун и протирал и без того чистую столешницу, — Рово, я на пару минут! — тот, просто кивнул, следя за нами пристальным взглядом.

Мы вышли во двор, где уже вовсю копошились крупные птицы, похожие на наших индюшек, только больше в полтора раза и без красного мешковатого ""подбородка"".

— Омар, слушай, как ты смотришь на то, чтобы работать в нашей булочной? Бабушка Надя и Моника сейчас зашиваются, заказов много, а Моника и вовсе скоро не сможет работать, в положении она.

— Когда она замуж-то успела выйти? — округлил удивлённо глаза Омар, я пожала плечами и честно сказала, — там некрасивая история, но это сейчас не должно тебя волновать. Ты мне лучше скажи, согласен или тебя здесь всё устраивает?

Мужчина думал не долго, радостно потёр руки и уточнил:

— А в чём будут состоять мои обязанности?

— Ты это с бабушкой Надей обсуди, но, скорее всего, у плиты стоять придётся: печь пироги, пирожки, может ещё, что интересного придумаете. Тут ограничения лишь в фантазии и местных продуктах.

— Я согласен! Когда приступать? — предвкушающе потёр он руки и посмотрел на меня с некоторым нетерпением.

— Да хоть сейчас.

— Пойдём, поговорю с Рово, он здесь хозяин.

Мужчина вошёл в таверну, я присела за один из столиков неподалёку от ""барной"" стойки и всё прекрасно слышала.

— Омар, — прогудел здоровяк, — ты же понимаешь, что оплата идёт за полную неделю работы. Ты отработал всего пять дней. И уходишь, заранее не предупредив. Вот тебе два медяка.

Повар обернулся ко мне растерянно.

— Аня, я тут тогда доработаю два дня и приду к вам. У меня за полную неделю четырнадцать медяков выходит, а сейчас только два.

— Нет, — встала я и подошла к Рово, — оплатите ему за пять дней полную сумму в десять монет, и мы уйдём, — я пошла на принцип, хотя у нас не горело и Омар мог здесь доработать оставшиеся дни.