Никакой реакции.

— Моня, что — то случилось? На тебе лица нет, — подошла я к ней и присела рядом. Девушка вздрогнула от моего прикосновения, посмотрела на меня удивлённо, а потом, встряхнувшись улыбнулась, чуть дрогнувшими губами.

— Анюта, да хорошо всё, — но я продолжала молча сверлить её взглядом, и девушка не выдержала — разревелась.

Сквозь судорожные всхлипывания полился рассказ, оглушая меня неприглядностью той ситуации, в которой оказалась девушка.

А произошло самое нехорошее, что могло произойти с поглупевшей от любви Моникой: возлюбленный её бросил.

При чём не стал скрывать причину: скорая свадьба с другой.

— Ну, так, дорогая, — подала я шмыгающей подруге кухонное чистое полотенце, — это же к лучшему: не будешь с таким гадом в браке мучиться! Лучше найдёшь, честнее.

— Аня, как ты не понимаешь!? Люблю я его, а он вон как поступил! Мутил одновременно со мной и с… с этой, как её? Имя на телефон похоже… ах, да! Эпл, Эйпл, точно! Дочка столяра, богатый мужик, несколько мастерских по городу у него, — жуя сопли, автоматом информировала меня обиженная Моня, — и свадьба у них совсем скоро.

А я! Я же беременная! — а вот эта новость уже не смогла оставить меня в стороне."

"— Виктор знает? — спросила я девушку, а та с круглыми глазами смотрела на меня, видать не хотела признаваться — само вылетело, — такое всё равно не скроешь, — цыкнула я. Выговаривать ей, и обвинять в безрассудности я не стала, зачем?

— Знает, — кивнула она.

— Какой срок? — деловито продолжила я, вставая и разливая по кружкам чуть тёплый взвар, бухнула в одну из кружек ложку мёда, перемешала и подала девушке, говорят сладкое поднимает настроение.

Моня с шумом высморкалась в полотенце, отхлебнула из чашки и чуть расслабилась.

— Месяц где-то.

Я прошлась туда-сюда, раздумывая, как поступить.

— Хорошо, — приняв решение, остановилась перед Моникой, — завтра сходим к нему вместе и поговорим с этим крысёнышем, — фыркнула я, — а теперь баиньки, нечего ходить ночами, как призрак и выть на луну.

— Волки воют на луну, — хихикнула Моня, — а не призраки.

— Ну ладно, ладно, — улыбнулась я, — ты, главное, раньше времени не убивайся так. И не реви, всё же ребёнок — это счастье! Главное, что мы есть друг у друга, со всем остальным — справимся!

Встали мы ни свет ни заря.

Плотно позавтракали и ближе к восьми утра отправились к дому столяра Джейсона Крокета.

Я поднялась по широкому крыльцу к резным, очень красивым входным дверям с медным кольцом по центру и стукнула им пару раз. Получилось громко. Через несколько секунд ожидания, дверь распахнулась и на меня уставились глаза бусинки юной девушки в холщовом платье, фартуке и косынкой на голове.

— Доброе утро! — приветливо улыбнулась я, — мы к Виктору.