Я следила за женщиной: та споро поворошила тлеющие угли в костре, что был разожжён неподалёку от нашего вигвама, закинула в него ломкий сухой хворост, и пламя мгновенно, весело треща, занялось. Затем настал черёд более крупных веток.

— Не стой без дела, неси остатки крула, сварим часть, часть запечём, с собой возьмём в лес, — заворчала женщина, но как-то так по-доброму, с другой совершенно интонацией, и я вдруг отчётливо поняла, что новую Аруну приняли, и у меня теперь точно появился кто-то родной и близкий. В груди разлилось тепло и я, отчего-то глупо улыбаясь, помчалась за шалаш, куда убрала казанок с замоченными в солёной воде кусками мяса.

К тому моменту, когда первые лучи местного солнца коснулись горизонта, окрашивая его в яркие ало-жёлтые тона, а обережный огонь погас, словно его и не было и вместе с ним истаяли две луны, мы уже успели сварить кашу на завтрак, и нанизать мясные куски на крепкие тонкие палки и разложить над костром, чтобы поджарились.

— Гу морн! (при. автора: доброе утро) — раздалось вдруг, я резко обернулась к говорившему и искренне улыбнулась: к нам пожаловал дядька Ансгар, и в этот раз он не ковылял, опираясь на свои костыли, а шёл сам, его ""протез"" едва слышно постукивал по утрамбованной земле.

Его шаг был вполне уверенный, мужчину не качало, он лишь едва заметно похрамывал.

— Гу морн! — кивнули мы одновременно с матерью, — садись, — продолжила Райла, подхватывая ещё одну миску и плюхая в неё кашу, — поешь с нами.

— А давай, — кивнул он и вполне ловко уселся на циновку, после чего взял в руки чашу с ложкой. — Вот она моя нога, — кивнул он на свою деревянную конечность. — До середины дня вполне сносно её использовать, но вот после полудня.

.. — и многозначительно замолчал, принимаясь за еду.

— Визэр, как погляжу, все твои поделки выкупил? — спросила Райла, переворачивая прутья с мясом, чтобы прожарить и другие стороны.

— До последней поделки купил, — кивнул Ансгар, проглотив первую ложку каши, — просит ещё луки ему со стрелами смастерить, только ведь непростое это дело, нужно думать.

Доедали молча, всё это время дядька как-то хитро на меня смотрел, сверкая своими тёмными глазами.

— Аруна, — обратился он ко мне, отставляя опустевшую чашу, — готова учиться?

— Готова! — уверенно ответила я, собирая посуду, — вот только сполосну миски и можем выходить.

Райла всё это время молчала, скорее всего она уже знала о наших планах с дядей, поэтому не последовало никаких вопросов и даже отговаривать она не собиралась — ей явно понравилось обедать свежим мясом и даже то, что сегодня у неё будет, что перекусить в течение дня перевесило желание отговорить Ансгара в его стремлении обучить меня добывать нам пропитание в лесу.