Терпение! Газеты будут доставляться ко мне каждое утро, и теперь каждый день может принести то, что я более всего желаю видеть.

21 ноября. Опять нет известий. Я сегодня написала Мидуинтеру, чтобы соблюсти приличие.

Когда письмо было написано, я впала в сильное уныние – сама не знаю почему – и почувствовала такое сильное желание увидеть кого-нибудь, что с отчаяния, не зная других мест, куда можно было пойти, я отправилась в Пимлико, надеясь, что, может быть, миссис Ольдершо вернулась в свою прежнюю квартиру.

В Пимлико после того, как я там была, произошли перемены.

Та часть дома, которую занимал доктор Доуноард, была еще пуста, но лавку обжили веселые модистки и портнихи. Эти люди, когда я вошла в лавку, были мне незнакомы. Они, однако, без всяких вопросов дали мне адрес миссис Ольдершо, когда я спросила его, из чего я заключила, что маленькое «затруднение», принудившее ее скрываться в прошлом августе, закончилось для нее благополучно. А что касается доктора, в лавке не знали или не хотели мне сказать, что случилось с ним.

Не знаю, вид ли Пимлико заставил меня сделать глупость или это от злости, право, не знаю, но, когда я достала адрес миссис Ольдершо, я почувствовала, что она единственная особа на свете, которую я хотела видеть.

Я взяла кэб и велела кучеру ехать на ту улицу, где она живет, а потом решила вернуться в гостиницу. Я сама не знаю, что со мною, разве только я становлюсь нетерпеливее с каждым часом, ожидая сведений об Армадэле. Будет ли будущность менее мрачна, желала бы я знать. Завтра суббота. Поднимет ли покрывало неизвестности завтрашняя газета?

22 ноября.

Субботняя газета подняла покрывало неизвестности. Все слова напрасны, чтоб выразить страшное удивление, в котором я нахожусь, никак этого не ожидала. Я не могу поверить или понять теперь, что случилось. Ветры и волны сделались моими сообщниками! Яхта пошла ко дну, и все до одного члены экипажа погибли!

Вот описание, вырезанное из газеты:"

"«НЕСЧАСТЬЕ НА МОРЕ.

Известия, дошедшие до Королевской Яхтенной Эскадры и до страхователей, не оставляют ни малейшего сомнения, что мы с сожалением должны сообщить о трагической гибели пятого числа этого месяца яхты „Доротея“ и всех находившихся на борту членов экипажа.

Подробности следующие. На рассвете шестого числа итальянский бриг „Надежда“, следовавший из Венеции в Марсалу, встретил у мыса Спортивенто (на самой южной оконечности Италии) плавающие предметы, которые привлекли любопытство людей на бриге. Накануне здесь свирепствовала сильная и неожиданно налетевшая буря, свойственная этим южным морям, но такая сильная, какой не помнят много лет.