Словно я в гостях у каких-то родовитых аристократов и хозяева радушно предложили нам со Ставровым остаться на ночь.

— Так странно, будто я в музее, — проговариваю тихо, но Александр отвечает.

— Места здесь много, Вишенка, думаю, что сможем разместиться на эту ночь, учитывая, что через несколько часов мне улетать.

И опять это напоминание о скором расставании действует отрезвляюще, заставляет прикусить губу.

Даже не думай, что можешь что-то значить для этого мужчины, Алина. У него своя жизнь, бешеный темп и драйв. Наши миры не пересекаются.

А то, что происходит сейчас — просто случайность.

Нелепое совпадение.

Чтобы хоть как-то среагировать на слова Ставрова, я просто киваю. Опять осматриваюсь в хоромах, делаю робкие шаги по комнате, с моего места сквозь открытые двери видно, что к гостиной примыкает спальня с кроватью королевских размеров, украшенная тяжелым балдахином.

От одного взгляда на кровать, укрытую алым покрывалом, щеки обдает жаром, а потом накрывает пониманием, и я впадаю в ступор. Хмурюсь.

— Вишенка. Что не так?

Глава 8

Опять голос мужчины будоражит. Он оказывается позади так неожиданно, кладет руки на мои плечи и разворачивает к себе лицом.

— Что тебя огорчило?"

"— Тут только одна кровать.

Прячу взгляд и опять смотрю на узкий диван с деревянными ручками, стоящий в гостиной. Сидеть на таком может быть и приятно, но вот ночь провести будет проблематично. Ставров со своей комплекцией там просто не поместится, а вот я смогу, если лягу на один бок.

— Я могу поспать на диване.

Отвечаю робко и вызываю широкую улыбку на мужском лице. От такой неожиданной вспышки мне дышать становится нечем.

— Оставить девушку ночевать на неудобной софе. На это даже я не способен.

Ставров делает еще один шаг, а я запрокидываю голову, заглядывая в пугающие черные глаза.

Машинально хватаюсь за горло. Мне кажется, что все пространство сужается и в самом эпицентре остаемся только я и он. Интуиция кричит, что мне бы сейчас бежать без оглядки не только из этого номера, но и от него куда подальше. Потому что по какой-то странной и непонятной причине этот матерый хищник обратил свой взгляд на меня.

— Но там только одна кровать…

Черт, почему мой голос садится, становится ломким, а близость мужчины начинает будоражить? Александр не делает ничего, чтобы смутить меня, не касается даже, но у меня все внутри узлом завязывается в странном предвкушении неизбежности. А может, и беды, которая мчит в мою сторону, как лавина, сошедшая с вершин гор.

— Я мог бы побыть джентльменом и уступить спальню тебе, Алина, а сам бы поспал на полу.

Вскидывает бровь, слегка прищуривая левый глаз. Заставляет гулко сглотнуть.

— Так, вероятно, сделал бы мужчина в веке этак девятнадцатом. Можно полностью влиться в антураж того времени.