Прилипаю к месту и стою столько сколько могу, затем, когда чувствую, что силы на исходе, по стеночке плетусь обратно в палату, стоит войти, как телефон оживает и звонит, вижу долгожданное имя на дисплее и отвечаю сразу же.

— Диана…

Перебивает сразу же:

— Алин, послушай меня внимательно. Надеюсь, ты простишь однажды меня за все, за все, что я сделала… — голос подруги звучит глухо.

— Что? Ты о чем?

Моя бывшая сокурсница икает, и я слышу, как делает глоток, затем стук, словно бокал с силой грохает об стол, рядом гул, ощущение, что она в баре.

— Диана… Ты… ты что выпила? — выдыхаю удивленно.

— Послушай… ик… меня, подруга, — прерывает мой вопрос, перекрикивает кого-то, — я сделала это ради тебя и… ик… твоего малыша. Ты… ведь сказала, что… что… готова на все, чтобы спасти ребенка. Так что… ик… пойдешь же на… все?

— Да! — выпаливаю не задумываясь, — на все, Диан, на все! Я отплачу, верну все до копейки, все отдам, только помоги… — отвечаю рвано, сбивчиво, — мы дом продадим… потом… на это все время нужно…

— В — вишневская, не тараторь, п- просто обещай, что однажды ты снова назовешь меня подругой… знаешь… я ведь поняла, что только ты и была настоящей в моей жизни… Илью я люблю и он меня… но… богатство… статус… подружки из элиты… это ведь не все в жизни… важно, чтобы тебя понимали, а ты… ик… ты меня всегда понимала, говорила, что думаешь, осуждала и была честной. Тебя не купить и… дружбу твою тоже… ик…

— Диана, я же сказала, что все в прошлом.

— Нет. Алина. Ничего не в прошлом! — кричит почти, а я прикусываю губы, — я … я, короче, я сделала кое-что несколько часов назад… а потом выключила телефон… собиралась с духом, чтобы признаться тебе… Я… ик… поняла, как могу помочь тебе и твоему ребенку, но тебе не понравится то, что я сделала…

Ноги начинают слабеть, протягиваю руку, упираюсь ею в стену, чтобы не упасть, пальцы сводит, смутное сомнение цветет в груди.

— Что. Ты. Сделала, Диана? — спрашиваю неожиданно севшим голосом, выговариваю фразу с остановками, по частям.

— Я использовала единственный шанс спасти твоего сына. Только один человек обладает неограниченной властью и возможностями, никто против него не пойдет. И мой тесть и Илья… Ты понимаешь, чтобы было если бы он узнал, что моя семья в курсе и скрыла?! Ты пойми. Прокофьевы сделали меня частью своей семьи, и я… к черту! Алина! Ведь никто не дурак… ик… дважды два сложить все могут… ОН сделает все, чтобы спасти… ик…

Еще до того, как Диана завершит свою фразу я уже знаю, как она ее закончит:

— Чтобы спасти своего наследника…"

"Жмурюсь. Сердце в груди спотыкается, его словно тисками сжимают, и оно начинает кровоточить, пульсирует, выталкивая кровь из меня…

— Диана… — шепотом.

— Да, Алина. Александр Ставров.