Там, где большие деньги — нет места чувств. Нет места желаниям. Есть расчет. Да и с чего ты дура подумала, что у Лекса к тебе чувства?!

Очередная грелка в постели. Ну девственница. Ничего особенного. Он ведь изначально обозначил, что мне даже наедятся не на что.

Не с ним. Не с Александром Ставровым. Не с миллиардером. Он не пацан с твоего двора, с которым тебе по пути.

Больно.

Дышать не могу…

Бросает в жар и озноб.

— Алина… Эй… ты чего…

Перед глазами темнеет, а лицо мажора расплывается. То собирается в одно, то рассыпается на осколки.

— Вишневская!

Беспокойство? Неужели этот урод способен беспокоится о чем — либо кроме свое=их хотелок?!

— Ты только коньки не отбрось.

Прихожу в себя. Слабость проходит. Прогоняю ее, собравшись с силами и уверенно смотрю в глаза Арсения.

— Мне нет дела до того кто и на ком женится, Арсений. И до тебя тоже мне дела нет! Нам не по пути!

Становится в миг плевать на все. Я забываю об осторожности, забываю о том, что опасность в лице зажравшегося парня никуда не делась.

— Да… Нет говоришь! Значит и разницы нет с кем быть. Не ломайся. Если надеялась склеить богатенького папика, обломинго, Вишневская.

Ставров баб пользует пачками, а вот женится он на девушке “своего круга”. Ежу понятно. Когда приходит время делать выбор, люди нашего окружения руководствуются разумом и выгодой бизнеса. Это как в старые времена, когда приветствовались межклановые браки…

— Удивлена твоими познаниями в области истории, — отвечаю с иронией, — никак не думала, что ты способен мне рассказать целую лекцию относительно тяжкого бремени средневековых аристократов. Только ты не тянешь на сына лорда. А вот сыном клерка, не в обиду этой профессии, вполне мог бы быть…

Впервые что-то темное присыпается во мне, и я шиплю не хлеще королевской кобры.

Мне тут только что с высокопарностью пытались внушить, что я нечто недостойное, что на такие, как я достойны лишь греть постельку “высшего света”?

Чертовы снобы! Ненавижу.

Боже… Как же я сильно ненавижу Арсения и ему подобных…

А Лекс…

Он казался мне другим…

Этот мужчина не играл со мной, а показал себя таким, какой есть — привыкшим покупать все, что захочет, отношения, женщин…

Он и меня мог бы купить, но все же пощадил, не оставив платы за мои услуги.

"

"А я дура зацепилась за слова бабы Нюры, что если бы поступил так, я была бы для него одной из сотни, мне так хотелось верить, что возможно… может быть… Боль.

Торможу мысли. Они врезаются в литую стену реальности. Добродушная бабуля меня просто поддержала, а я захотела обмануться.

Только сейчас понимаю, насколько сильно Ставров прокрался в мои мысли, поселился в душе, стал первым во всем…

Первым серьезным чувством…

— Я тебе так скажу Вишневская. Ты больно много о себе воображаешь… — продолжает напирать Арсений.