В конце концов, передачу «Скорпиона» он может переложить в другой тайник, известный ему, и через несколько дней.

За городом возле дороги люди Снегирева в это время обследовали каждый квадратный метр местности, указанной подполковником. И вот один из них с минерским щупом наткнулся в кустах орешника, совсем недалеко от дороги, на тайник Завьялова. Его достали и тут же привезли Снегиреву. В рюкзаке с коричневыми ремешками находилась коротковолновая рация, коробка с патронами к пистолету «ТТ», порошки «Анольф», медикаменты, деньги и небольшие, наглухо запечатанные пакеты в полиэтиленовой пленке.

— Упакуйте все это, — приказал Снегирев. — Я вылетаю в управление.

Через несколько часов подполковник сидел в кабинете начальника управления и докладывал о положении дел в Береговом. Начальник, высокий, моложавый, в сером штатском костюме, внимательно слушал Снегирева, делая пометки в блокноте. Иногда задавал вопросы.

Потом заметил:

— Я думаю, вам поможет вот эта вещь. — Начальник достал из стола небольшую папку, открыл ее и придвинул Снегиреву. — Это — предатели Родины. Может быть, среди них найдете знакомого.

Быстро перебрав фотографии, Снегирев остановился на одной из них.

— Да, нашел… этого знакомого.

На снимке был Завьялов в солдатской форме. Выглядел он здесь несколько моложе, но узнать его можно легко. Снегирев прочитал на обороте: Леонид Зонов…

— Значит, этот самый Завьялов — он?

— Да, он.

— Можете взять его дело с собой."

"Вскоре принесли исследованное содержимое тайника Завьялова. Интерес представляли только пакеты, заключенные в полиэтилен, и шифр для радиообмена. Пакеты изъяли и отправили на экспертизу, заменив их точно такими же.

Провожая Снегирева, начальник управления сказал:

— До свидания. Жду доклада, что «Скорпион» обезврежен.

— Будет выполнено.

Следующей ночью содержимое тайника было возвращено на место. За тайником было установлено круглосуточное наблюдение. Кольцо вокруг «Скорпиона» сжималось.

Через неделю Никанорович снова сидел в кабинете Снегирева. Подполковник сказал ему:

— Мы проверили, Петр Никанорович, ваше заявление. Могу сказать, что вы ошиблись. Товарищ Воробьев — уважаемый в городе человек. В Щеглах никогда не был, не был и в Белоруссии. Это установлено точно. Видимо, он просто похож на того человека. Так что ваше подозрение не обосновано.

Никанорович вскочил с дивана.

— Да вот так. Как же это? Старый лешак. Нагородил на человека… Вы уж извиняйте старого. Говорил я старухе, может не он. Настояла она, чтобы пошел в милицию. Столько годов прошло. Ошибиться-то… Такое дело…

— Ничего. Что пришли — правильно сделали. Такие дела требуют проверки. Как говорится: семь раз проверь — один раз отрежь.

— Так оно. Конечно, дело такое… Извиняйте еще раз.