— Контрреволюционная организация у вас тут открыта! — говорил он прокурору. — Наши товарищи проявили близорукость.

Но прокурор, старый большевик и сам в прошлом чекист, отказался санкционировать арест коммунистов.

— Сходите в горком партии! — посоветовал он.

В горкоме КП(б)У встретили Бижевича весьма сдержанно и даже упрекнули:

— Вы у нас уже больше недели, а в горком почему-то не заглянули.

Секретарь — женщина в темной кофте и без левой руки — изучающе смотрела на представителя центра ОГПУ. А выслушав доводы Бижевича, сказала:

— Мы рассмотрим дело товарищей в партийном порядке.

Перешлите, пожалуйста, материалы в горком. А Шварц Ганс Меерович уже исключен из рядов КП(б) Украины — поступайте с ним по закону.

Злой и непримиримый явился в отдел ОГПУ Бижевич, вызвал на допрос Шварца.

— Твои рекомендатели признались! Ваша шайка хотела взорвать Днепрогэс!

Шварц, постаревший сразу лет на десять, ссутулившись и опустив голову, вяло отозвался:

— Ничего я не знаю…

— Становись к стенке! — заорал Бижевич. — Пена запеклась на его губах. Глаза словно плавились от бешенства.

Он вырвал пистолет из кобуры.

— Смотри мне в глаза! Чей ты шпион? Считаю до трех! Ра-аз!..

Морозов испугался: убьет без суда! Он понимал, что Бижевич вымещает на арестованном свою неудачу, срывает злобу. Ведь Шварц теперь находится во власти чекистов. А в отделе самым старшим был Бижевич. Значит, Шварц во власти его, Бижевича! Но за жизнь арестованного отвечает в первую очередь отдел ОГПУ. И Морозов не выдержал:

— Товарищ Бижевич, вас можно на минуту?

Юзеф Леопольдович опустил руку с пистолетом и, пошатываясь, как пьяный, пошел на Морозова.

— Ну, чего тебе?

— Подпишите бумагу. — Это был предлог к разрядке.

Бижевич вытер вспотевший лоб, пробежал глазами протокол прошлого допроса и расписался. И снова к Шварцу.

— Ты выдал подпольную организацию?

— Я…

— В расход, сволочь!

Бижевич в изнеможении опустился на стул. Потом вдруг подскочил и с силой ударил кулаком Шварца! Тот упал, стукнувшись головой о край стола.

Морозов побледнел, схватил за руки Бижевича, бесцеремонно выталкивая его за дверь.

Тимофея Ивановича бил нервный озноб.

Он приподнял арестованного, влил в рот ему воды.

Шварц очнулся, мутными глазами посмотрел вокруг, стал шарить руками, стараясь найти очки…

Морозов вызвал караул и приказал увести подследственного. Тимофей Иванович был потрясен: чекист бьет арестованного! А как же сентиментальные стишки? Для чего же он их помнит? Неужели в центре не знают, кто учится в спецшколе?

На заре Советской власти в Петрограде были задержаны заговорщики. При облаве они отстреливались и убили несколько чекистов.