Через сутки после успешного штурма восстание в Москве окончательно победило.

Но нам это облегчения не принесло: требовалось срочно лететь в бухту Грязная. Судя по новостям оттуда: оба авианосца начали подготовку к отходу, заказали топливо, воду, продовольствие и авиабензин. Получили все, кроме последнего. Его мы придержали. Я сел на промежуточную на Бычьем поле и с огромным трудом пробился на радиостанцию. Командующие Балтийским, и не только, флотами меняются, как в калейдоскопе! Я нарвался на «нового». Зовут – Павел, а фамилия у него Дыбенко. Бороду он еще не отпустил, ходит в бушлате, перепоясанный пулеметными лентами, за поясом – осколочные гранаты в количестве двух штук.

– А что ты, адмиральская твоя харя, здесь делаешь? – спросил он меня, когда я сунулся к нему за пропуском на радиостанцию.

– А тебя вежливости давно не учили?"

"– А кто меня учить-то вознамерился?

– Да хотя бы я, что, думаешь, не получится?

Тот сразу попытался вытащить из-за пояса гранату, да она зацепилась тряпочным кольцом за что-то и чека из нее выпала. Павел побелел, все-таки в прошлом году немного повоевал на Северо-Западном, прикрывая Моозунд. Я аккуратно перехватил его руку, раздвинул его пальцы, снял с его пояса чеку, распрямил ее об стол и вставил на место.

– Чего ты их с собой-то таскаешь?

– Когда на Зимний пошли – выдали, применить не удалось, юнкера и «смертницы-ударницы» разбежались, вот и ношу.

– Ящик стола открой!

– Не могу, заперто. Здесь все заперто! А меня флотом командовать поставили. Ловко ты ее. Че пришел-то?

– Мне связь нужна с Киркуоллом, там наши летчики сидят, я – их бывший командующий.

– Так ведь бывший?

– Я – комиссар ВРК, вот мой мандат. Пиши пропуск на радиостанцию.

– Вместе пойдем. Если ты, адмиральская… кхе-кхе, твоя душа, будешь фигню передавать, я тебя сам хлопну.

– Обойдешься. Пошли!

Ни машины, ни лошадей у командующего не было, зато была любовница, которая спала в соседней комнате отдыха. Ею была незабвенная Инесса Федоровна, которая тут же сказала Павлу, что зря потащится под дождик.

– Павлуша, он – свой в доску, он нас из Швейцарии сюда привез, с Ильичом. Знаком с ним с незапамятных времен, еще когда в корпусе учился, и он – старый член нашей партии. Ильич ему верит, как себе.

– Я все равно схожу, никогда там не был, а проверить требуется. Вдруг и там контра кака засиделась.

– «Какая», – поправила его Инесса и сказала, что к нашему возвращению приготовит что-нибудь поесть, а то в животе уже бурчит, одной любовью сыт не будешь.

Глава 18. Сбор корпуса

Кондуктор на радиостанции попался говорливый и все знающий, и через пять минут я переписывался с Федором Борейко, начальником штаба «дивизии».