– И когда Оля попыталась покончить с собой?

Светлана тяжело вздохнула:

– В декабре, как раз в день рождения Романа. Она его жутко любила.

– А он ее?

Света нахмурилась.

– Знаете, в жизни всегда один целует, а другой подставляет щеку. Роман снисходительно позволял моей сестре себя обожать. Образно говоря, брал золотой слиток и отдавал медные монетки на сдачу. Впрочем, я сначала никаких претензий к нему не имела, более того, считала, что он просто совершил геройский поступок, предложив Оле руку.

– Почему?

Света криво улыбнулась:

– Романа воспитывала мама, одна, без мужа.

Надо отдать ей должное, сына она вырастила замечательного. Редко встречаются такие дети, просто набор шоколадных конфет, а не мальчик! Школа с золотой медалью, институт с красным дипломом, аспирантура, кандидатскую пошел защищать, а ее засчитали за докторскую. Сделал какое-то потрясающее открытие в математике, в чем его суть, не спрашивайте, я не разбираюсь в этом. Ректор института УПИ его буквально на руках носил. И все понимали: Роман очень далеко пойдет. Это был лучший жених в институте – и вдруг Ольга.

– Чем же ваша сестра была так плоха? – удивился я.

Светлана покачала головой:

– Она хороший человек, положительный, честный, но заурядный. Никаких особых талантов у нее не было. Если Роман – яркая звезда, то Олю можно сравнить с тлеющей свечкой. И потом, Роман был моложе ее и значительно ниже ростом.

– Рост, в конце концов, не главное!

– Это верно, – кивнула Света, – только все вокруг удивлялись. Возле Романа крутились такие девицы! УПИ – престижный вуз, там дочки богачей учатся. Любая бы с радостью кинулась, помани ее Рома пальцем, а он выбрал ничем не примечательную преподавательницу, совсем не богатую и не красивую.

– Любил, наверное, – поддержал я тему, – иному и «Мисс мира» не нужна, своя Дуня милее.

Светлана поджала губы.

– Ну… одно время я тоже так думала, а потом…

– Что?

– Я поняла, что Роме просто удобно с ней. Оля убирала, стирала, готовила…

– Думается, вы не правы, – пробормотал я, – сейчас нет никакой проблемы найти бабу, которая взвалит на свои плечи тяготы домашнего хозяйства. Удовольствие это не слишком дорогое. Намного легче заплатить поломойке, чем ради глаженых рубашек и чистых полов терпеть постылую супругу.

Очевидно, Роман просто любил Ольгу.

– Как бы не так! Он ей изменял! – подскочила Света.

– Вы знали про его отношения с Ириной? – удивился я.

– Нет, с Ларисой, – неохотно ответила Света, – с моей подругой, вернее, теперь она мне не подруга, но тогда была ею.

– Вы свели мужа своей сестры с другой женщиной? – удивился я.

– Что за глупость пришла вам в голову! – вспылила Света. – Нет, конечно, это случайно вышло. Хотя поверить в такое трудно.

И она начала рассказ. Я молча ее слушал.