Девка в четырёх метрах от силы смотрит ошалело.

— Ты меня вообще слышишь? — Шепчу. — Или глухая? Может, немая?

— Да уйди ты, — шипит, наконец, в ответ! — Вот привязался.

— Ладно, я на стрёме постою. Продолжай, — говорю деловито.

— Делай, что хочешь, только не мешай, — прошептала и продолжила ощупывать потолок.

Щелчок раздался! Плитка потолочная продавилась. Девушка отодвинула её вообще, затем подпрыгнула, ловко подтянувшись, и быстро исчезла в дыре. Которую тут же и закрыла за собой.

Ну а я что? За ней двинулся, ногу отставил на второй стеллаж и стал щупать, как она.

Кое–как нашёл две кнопки, которые вдавил одновременно, и люк поднялся. Отодвинул его, нащупав твёрдый край взялся и, как ленивая задница, корнями себя наверх и подтолкнул.

А там… второй потолок! Чуть больше метра высота до верхнего, каждые пару метров тонкие крепежи в виде палок. И никаких тайных переходов, тоннелей, лестниц, просто подвесной потолок, пусть и не из пенопласта или пластика. Скорее походящий на мраморный пол, но хлипкий по ощущениям.

Девицу увидел не сразу среди целого леса крепежей. Уползла прилично в направлении Оранжереи.

По её примеру, приложил плитку обратно, надавил до щелчка, закрывая дыру. И взятки–гладки.

Ползу за ней и чую внизу лёгкую суету. Без криков или тревоги, просто отголоски шёпота доносятся. А что если нас ведут⁈ Или всё–таки из виду потеряли?

Стена впереди с тремя дырками, полез в ту же, вентиляционная шахта пошла, и не простая, а ступенями. Такое впечатление, что ниша, где я с помощью дыркодела оказался, старая да запаянная, и на неё никто не возлагает надежд. Поэтому провели ещё одну вентиляцию, по которой и ползёт моя подруга по–пластунски очень–очень изящно и пластично.

А я за ней спешу, не отставая. А попка подкаченная влево–вправо. Красотища. На меня вдруг взглянула, замерев, и тут же ускорилась, а затем на повороте скрылась.

Ускорился следом. Но спохватился, ибо слишком много шума от моей неуклюжести. Вывалился в пространство пошире, где можно уже в полный рост стать. По обе стороны по шесть шахт зияет и ещё две прямо. А этой девицы и след простыл. Мля, и куда она удрала⁈

Здесь уже не чувствуется, что снизу нас пасут, скорее всего — это коммуникации меж залов. Покричать что ли? Собрался уже сканер доставать.

А лазутчица из средней правой шахты выглядывает.

— Ну ты идёшь? — Спрашивает весьма неожиданно. — Еле плетёшься.

Ха, когда это я стал своим? Впервые тон вложила в голос: грубоватый, с нотками сексуальности мне совершенно незнаком.

За ней спешу в новый тоннель, где на четвереньках быстро её нагоняю.

— Не заставляй жалеть, что взяла тебя с собой. Топаешь, как конь, — фыркнула, когда приблизился.

— Прости, за тобой не поспеваю. Здесь кстати легко заблудиться, целый лабиринт.