Если в городе один, от силы — два мага, способные открыть портал — как думаешь, сколько они за это берут?

Может быть. Но все равно, увижу — прибью.

— Госпожа, государь приказал спросить, будет ли ответ.

Я отцепилась от Айлин, поразмыслила с минуту:

— Будет.

Прошла в дом следом за девушкой, устроилась за столом.

— Я на кухню, — Айлин смущенно улыбнулась. Вы все, наверное, голодны с дороги. У меня не густо, но… Прости, что так встретила…

Я улыбнулась:

— Бывает. Давай, сейчас поедим, и сходим на рынок. И пусть только кто-то попробует хоть слово сказать в твой адрес.

Она снова бросилась обниматься:

— Спасибо. Поживи со мной, пока Эльрик не вернется.

— Поживу. — Все равно деваться некуда. Да и не бросать же девочку… Не была бы она в тягости — можно было бы просто отправить ее через тот же портал, которым Саир и Инолл вернутся в столицу. Но в таком состоянии женщине не стоит пользоваться порталом — были случаи, когда после этого ребенок погибал. Четкой закономерности так и не выявили — но экспериментировать никто не стал.

Айлин умчалась готовить, по пути не забыв позвать мужчин в дом. Я, наконец, осталась одна. Снова достала письмо, начала разбирать руны — если разговорную речь за месяцы бок о бок я начала понимать более-менее сносно, то руны до сих пор давались нелегко.

«Любимая, прошу тебя, не делай так больше. Что бы ни случилось, смерть — это единственная ошибка, которую нельзя исправить. Не знаю, сможешь ли ты простить меня… в любом случае знай, что я помню все что сказал тогда, в храме — и не собираюсь отказываться от своих слов».

Слезы застили глаза, мешая читать. Я вцепилась зубами в рукав, чтобы не завыть в голос. Зачем напоминать о том, что могло бы быть, но уже никогда не вернется? За что?

«Наверное, это сейчас не к месту и не ко времени… Я люблю тебя.

Тайрон.»

Я швырнула письмо в камин, скрючилась рядом, уронив голову на колени. Сейчас… сейчас соберусь… надо же ответ написать, парни ждут.

— Аларика?

Ортон. Ну до чего ж не вовремя!

— Айлин зовет к столу.

— Хорошо. Сейчас допишу и буду. Начинайте без меня.

— Все в порядке?

— Нет. — Я стерла слезы с лица. — Но ничего не поделаешь. Прости… похоже, сегодня тебе весь день придется утешать рыдающих женщин.

— Воистину, страшная участь. — Он улыбнулся, сел рядом. — Если тебе тяжело… может быть не стоит писать ответ? Не думаю, что он обидится.

— Мне безразличны его обиды. — Я поднялась. — Сейчас приду.

«Здравствуй. Счастлива слышать, что все недоразумения наконец-то разрешились. Полагаю, что моя особа больше не представляет интереса для государя. Благодарю за заботу.

Аларика.»

Аккуратно сложила лист пергамента, запечатывать не стала, поленилась искать сургуч. Даже если парни сунут нос в письмо, ничего крамольного там нет.