Если я больше не могу служить Игне, может быть, Лазар примет меня? Вернулся туда, где жили мои предки пару поколений назад. Выстроил храм. И думал, что обрел покой. Пока…

— Пока прошлое не вернулось, — сказала я.

Ортон кивнул.

— Я думал — вы уйдете, и все вернется на круги своя. Но все посыпалось. Прошлое возвращалось раз за разом, а я… такое чувство, что последние двадцать лет — это не я, кто-то другой, а настоящая жизнь осталась там, далеко позади, и… Не знаю…

Я молчала. Что тут скажешь?

Жрец на миг закрыл лицо руками. Когда он поднял голову, оно уже было спокойно.

— Куда идешь теперь?

— В Ривеллен, к брату. У меня больше никого нет.

— Не будешь против, если я провожу? Зиму одному не пережить… а куда идти, собственно, разницы нет. В Ривеллене ведь есть храм Лазара?

— Есть. — Кивнула я. — Но почему не в столицу? Она намного ближе, и храмы…

— Не хочу возвращаться туда, где я был счастлив.

— Хорошо.

— Только… — Ортон замялся. — Подождешь пару дней? Чтобы я мог собрать вещи и попрощаться с этим местом?

— Подожду.

День клонился к вечеру. Ортон ввалился в мою комнату, держа в охапке несколько свернутых одеял.

— Прости, но ночевать я буду здесь. — Жрец бросил одеяла на лавку, и стало видно, что на поясе у него висит меч.

— Что случилось?

— После того, как все ушли, на кладбище нежить завелась. В храм ей хода нет, но это помещение не освящено.

— Нежить? Или нечисть? Ортон, после того, как мы прошли с огнем по деревне, непогребенных тел не осталось, и ты говорил, что и новых покойников не прибавилось. Откуда?"

"— Новых покойников действительно не было — Жрец деловито сооружал постель на одной из лежанок. — Но… Страдания и страх в таких количествах, на протяжении хотя бы нескольких дней — этого достаточно, чтобы с кладбища поднялось что-то… неважно, что. Обычно гули. Сама понимаешь, то, что бродит здесь по ночам я не разглядывал.

— Ортон… но тогда эта дрянь должна бы заводиться в любом городе после чумы, или холеры, или… Да не обязательно после болезни. Любая осада… Это же тоже страдания и страх — не на один день.

— В том и дело. Неужели ваши лекарские книги не упоминают о том, что после любых эпидемий кладбища очищают боевые маги? Последние пятьсот лет, по крайней мере, когда некромантов не осталось… или они очень хорошо прячутся. — Ортон отстегнул меч с пояса, положил рядом с постелью. — Обычно удается не доводить до того, чтобы нежить поднялась, хотя когда как. А уж что во время осады творится…

— Ясно, — я поднялась. Пойду, поставлю охранные заклинания. Меч нежить не берет.

— Знаю. Но это все, что у меня есть.

Я проснулась от крика, полного боли, ярости и отчаянной безнадежности.