— Что он сказал тебе? — спросил магистр Элиас, встав передо мной на колено и взяв меня за руку.

— Сказал, что совсем скоро мы увидимся снова, — дрожащим от нервов голосом ответила, крепко вцепившись в его горячую ладонь.

— Тебе не нужно волноваться, все будет хорошо, — успокаивал меня он.

— Вы уже так говорили перед сегодняшним днем. И что получилось? — гневно выпалила я и уставилась в стальные глаза, в которых плескалась печаль. — Я не хочу! Не хочу его больше видеть и слышать! Не хочу, чтобы он ко мне прикасался! Не хочу, чтобы дорогих мне людей принижали! Не хочу…

Неожиданно горячие губы магистра коснулись моих.

Страстный и обжигающий поцелуй окунул меня в полное непонимание, а затем переместил в счастливое забвение.

На сей раз это было по-настоящему: мягкие губы, горячая ладонь на моей щеке, чувства, разрывающие душу на осколки и стук наших сердец, бьющихся в унисон.

Я задыхалась от чувств и не могла поверить, что этот поцелуй все же случился. Суровый и жесткий в обыденной жизни, магистр оказался очень нежен и аккуратен со мной. Он не скрывал своего явного желания, но и не позволял себе лишнего.

Я даже была немного рада сдержанности магистра и его самоконтролю, иначе просто не смогла бы сказать ему «нет». Хотя в душе все же побоялась его перехода к активным действиям, ведь для меня бы все случилось в первый раз. Морально я не до конца была готова к чему-то большему, чем поцелуи, а вот физически… Каждая моя клеточка желала близости с магистром.

Его пальцы глубже зарывались в мои волосы, дыхание становилось тяжелее, а поцелуи — настойчивее. Мои руки, вопреки велениям рассудка, широко распахнули полы тяжелого камзола, который тотчас же скатился с широких плеч на пол.

Дрожащими пальцами стала расстегивать неподатливые пуговицы на белоснежной рубашке и ощутила, как шнуровка на моем корсете стала ослабевать. Горячие ладони легли на плечи и стянули тонкие бретели. В следующий миг атласное платье скользнуло вниз, оставив меня почти голой и бескрайне смущенной.

Магистр Элиас с легкостью подхватил меня на руки и, не переставая целовать, отнес в спальню, озаряемую лишь прозрачным светом луны. Осторожно положил меня на кровать и быстро стянул с себя рубашку, оголившую его безупречное тело.

Магистр Элиас навис надо мной, словно вулкан, пышущий жаром, и припал к моей груди. Приятное и неожиданное ощущение пронзило меня насквозь, заставляя выгнуться. С моих губ сорвался тихий стон наслаждения, разжигающий во мне новую волну смущения, а в магистре Элиасе — еще большее желание. Он тихо зарычал, одаривая нежную кожу груди поцелуями и вновь вернулся к моим губам.

— Оливия, — с трудом оторвавшись от меня, произнес он на выдохе. — Если хочешь, чтобы я остановился, просто скажи об этом.