В какой-то момент, когда на мне осталось только белье, остро ощутила на себе взгляд Лиса и отчего-то смутилась. Покосилась на него, щеки тут же вспыхнули, как облитые кислотой, и я пробормотала:

– Жень, глаза сломаешь.

Он же жадно смотрел на меня, и в полумраке салона его вытянувшиеся вертикально зрачки то и дело вспыхивали зеленым огоньком, как у кошки в темноте. Я отвернулась, как могла, завела руки за спину и расстегнула бюстик, потом скованно повела плечами, но сказать ничего не успела. Шеи вдруг коснулись горячие пальцы Женьки и медленно провели вдоль позвоночника до самой поясницы.

Я нервно хихикнула и прогнулась, оглянувшись через плечо.

– Женя!.. Щекотно! – одернула расшалившегося Лиса, и он с тяжелым вздохом убрал руку. – И вообще, мы на работе, – выразительно глянула на него и стянула трусики.

Поежилась, глубоко вдохнула и зажмурилась, потянувшись к внутренней сущности. Магия поднялась изнутри, защекотала пушистой кисточкой в животе, прошлась вдоль спины, и кожу защипало, как всегда перед трансформацией. Мгновение я словно находилась в невесомости, перестала чувствовать свое тело, а потом мир резко изменился, и в первую очередь в нос ударили запахи.

Лиса – вереск и весенняя трава, машины – резина и пластик, и я не удержалась, сморщила нос и смешно фыркнула, тряхнув головой. Потом уловила аромат воды – все-таки пошел дождь – и едва уловимый, самый тонкий – магии. Волковское кладбище окутывала невидимая ограда, защита, чтобы похороненные здесь спали спокойно. Конечно, защита не самая лучшая, именно что против стихийного проявления некротического всплеска, от темных ритуалов она уж точно не спасет. Я открыла глаза и посмотрела снизу вверх на Женьку – он казался теперь большим, нависал надо мной и смотрел с умильной улыбкой. Да, знаю, мой песец очень миленький и хорошенький, когда белый и пушистый. Но если меня разозлить, кусаться я умела больно, да и когти на лапках могли разодрать до крови.

Я вскочила и нетерпеливо завиляла хвостом, выразительно глянув на него. Ну, дверь будем открывать или как? Чем быстрее закончу, тем скорее окажусь снова в тепле машины. Лис вздохнул, протянул ко мне руку и почесал между ушами.

Я недовольно тявкнула и вывернулась, ткнувшись в дверь.

– Да, да, конечно, – спешно кивнул Женька и взялся за ручку. – Может, тебя понести, Ален? Там мокро и грязно. – Он не торопился открывать.

Отрицательно мотнула головой – чтобы разобраться, было ли что-нибудь запрещенное на кладбище, мне надо обнюхать и исследовать самой, а не с комфортом устроившись на его руках.

– Понял. – Женька снова вздохнул и распахнул дверь. – Тогда пойдем.