Всегда с уважением к нему относился и отношусь. Если его никуда не заберут от нас, он станет отличным начальником Центра, когда Геннадий Павлович Медведев соберётся на пенсию.

— Здравия желаю! — поздоровался я, и командир предложил поговорить в кабинете.

Идя по коридорам штаба, Андрей Фридрихович не торопился задавать мне прямые вопросы об испытаниях. Интересовался общими впечатлениями от командировки, здоровьем и насколько я отдохнул.

— Заходи и садись, — сказал командир, когда мы вошли в его кабинет.

Здесь всё как и было месяц назад. На столе множество телеграмм, бумаги на подпись в отдельной папке. В углу гудит холодильник, а у стены вальяжно плавают рыбки в большом аквариуме.

Тяпкин подошёл к небольшому динамику прослушки канала управления и сделал тише.

Командир указал мне на стул, а сам сел на диван.

— Я не прошу тебя раскрыть мне тайну. Но что-то я сомневаюсь, чтобы тебя вот так просто с ПЗРК сбили, — подмигнул мне Тяпкин.

Ничего отвечать не стал, да Андрей Фридрихович не настаивал.

— Что про Казакова и Муркина знаешь? — спросил командир, снимая туфли и надевая обычные тапочки.

— Петя в госпитале в Сокольниках, а Лёха с последствиями отравления должен был из Ташкента ещё неделю назад уехать.

Командир кивнул и подтвердил, что бортач Муркин уже в Торске. Пока в отпуске, отдыхает.

— Ну а ты чего пришёл? Отдохнул бы и в понедельник уже вышел. Не похоже на тебя, — улыбнулся командир, закусив в зубах курительную трубку.

— Я две недели в модуле валялся и ничего не делал. Надоело. На службу захотелось.

— Понятно, а как же… — начал Андрей Фридрихович и прервался.

У него зазвонил один из телефонов, к которому он медленно подошёл и снял трубку.

— Тяпкин, слушаю. Да, это я. Кого на КПП требуют⁈ — воскликнул подполковник и посмотрел на меня. — К тебе жена пришла.

— У меня нет жены, — быстро ответил я.

— У него нет жены. Пускай идёт… а ну не отпускай её. Как зовут? Ничего пока ей не говори! — воскликнул Андрей Фридрихович и повесил трубку.

Похоже, что этой девушкой была Кристина. А кто же ещё, если услышав её имя, Андрей Фридрихович тут же задымил как паровоз.

— Иди и разбирайся с ней. Она там плачет и требует тебя. И аккуратней с ней.

— Я не пойду, товарищ командир. Мне с ней не о чем разговаривать.

Андрей Фридрихович продолжал пускать дым, наполняя кабинет сизыми линиями. Его волнение можно понять. Обиженная Кристина донесёт до папы-генерала такую историю, что мне не поздоровится. Да ещё и Фридриховича может по касательной зацепить.

— Изменила? Застукал?

— Так точно, — ответил я.

— Надеюсь, не бил?

— Я девочек, даже плохих не бью.

В общем, Кристина сама ушла. Я даже не успел позвонить на КПП, чтобы ей дали трубку. Устраивать тут скандалы тоже не есть хорошо.