– Жекася, как сходил? Удачно? – спросил Игорь. – Сколько «ляпок»[7] купил?

– Ничего я не покупал, – пробурчал Кайгородов.

Ефремов достал пистолет, подошел к Жекасе."

"– У тебя голова крепкая? – спросил Игорь. – С какого удара пополам расколется?

Оперативник замахнулся, чтобы рукояткой пистолета врезать наркоману в лоб, но тот закрылся руками и заверещал:

– Отдам, отдам, все отдам! В кармане «ляпки»! Вот, держи.

Кайгородов достал два кусочка полиэтилена, протянул незнакомцу с пистолетом.

– У цыган купил? – спросил Игорь.

– В подъезде нашел, – заученно ответил Кайгородов.

– Это не важно! – заверил Игорь. – Гражданин Кайгородов! Вы пойманы с поличным на сбыте наркотиков. Согласно указу Президента Российской Федерации все сбытчики наркотиков, задержанные на месте совершения преступления, приговариваются к расстрелу без суда и следствия. Ельцин велел нам до Нового года покончить с наркомафией, и мы выполним его приказ!

– Мертвеца кто убирать будет? – подал голос хозяин квартиры.

– Вечером из морга приедут, заберут.

– Погодите! – возмутился Кайгородов. – Что за фигня? Все скидывались на «ханку», я сгонял к цыганам, и меня одного расстреливать?

– Выпрямись, – приказал Ефремов.

Не поднимаясь с колен, Кайгородов выпрямил туловище. Ефремов ногой отшвырнул «ляпки» под шкаф, передернул затвор пистолета, приставил дуло к голове Жекаси.

– Молитву какую-нибудь знаешь? – участливо спросил Игорь.

– Ну, эту знаю, «Отче наш». Как там оно: «Отче наш, на небе, еси, а мы на земле…»

– С таким знанием молитв тебя в рай не пустят!

Ефремов убрал пистолет в сторону, большим пальцем поднял флажок предохранителя вверх. Раздался щелчок, все наркоманы в зале вздрогнули, только Кайгородов, почувствовавший, что холодная сталь больше не упирается в макушку, вздохнул свободно.

– Жекася, – продолжил Игорь, – тебе везет сегодня. План по расстрелу наркоманов мы выполнили, за перевыполнение плана нам премию не дают. Я, пожалуй, оставлю тебя в живых, но при одном условии… Где твоя сестра?

– Во как повернул! – усмехнулся Кайгородов. – Про сестру тоже Ельцин велел узнать?

Ефремов со всей силы врезал носком ботинка Жекасе в солнечное сплетение. Кайгородов от удара сложился пополам, хотел застонать от боли, но мышцы груди отказались ему повиноваться, и он не мог ни вздохнуть, ни выдохнуть.

– Я вижу, ты шутник! – прорычал над его головой Ефремов. – Я тоже остряк и балагур, но под Новый год у меня нет времени в остроумии соревноваться. Где сестра? Смотри на меня!

Игорь схватил Кайгородова за чуб, задрал голову вверх.

– Через минуту я начну бить тебя и не остановлюсь, пока не переломаю все ребра. Потом я пристрелю тебя и перестреляю всех в этой квартире. Вы конченые твари, по вам ни один человек плакать не будет.