Ты приехала в Москву, сидела в номере, потом прогулялась по городу, в подворотни не заходила, грабителей не видела. Меня вообще в Москве не было. В самолете с тобой летел какой-то проходимец, который украл паспорт у Дао. Сам Дао из Сибири не выезжал, это могут подтвердить свидетели. И потом, помяни мое слово, никто не пойдет в милицию заявление писать. Тот фраер, которому я ногу сломал, в больнице скажет, что сам упал. Такова нынче жизнь: получил по рылу – сам виноват.

В номере Джо с порога велел девушке раздеваться.

– Дай я в душ зайду, – попросила Марина, но он и слушать не захотел.

Скинув с себя одежду, Джо повалил девушку на кровать и слился с ней. Марине было не до секса. Она покорно лежала, закрыв глаза. «Вот так поездочка! – раз за разом думала Федосеева. – Вот так город Москва! То проститутки, то сутенерши, то бандиты в подворотне. Ей-богу, у нас в Сибири спокойнее и надежнее».

Насытившись любовью, Джо откинулся на спину, расслабился.

– Все, адреналин вышел! – с удовлетворением сказал он. – Кровь остыла. Самое время закурить.

Вьетнамец поднялся, нашел сигариллы, сел напротив Марины, чиркнул спичкой.

– После смертельной опасности единственное желание – полюбить женщину, остудить кипящую кровь. Со мной такое уже было в Камбодже. Наша колонна попала под обстрел «красных кхмеров». Меня ранило в руку. Вот тут видишь шрам? Это тогда зацепило. Командир бригады, когда узнал, что меня ранило, пришел в ужас. Представь, мой дядя – высокопоставленный политработник, член ЦК компартии Вьетнама. Я тебе не говорил, что мой дядя – генерал? Он был против, чтобы я в боевых действиях участвовал, но мне, по молодости, было на все плевать, вот я и напросился на войну с полпотовцами.

Короче, привезли меня в полевой госпиталь, а там – медсестры! Я, не дожидаясь первичного осмотра, затащил первую попавшуюся сестричку в пустую палатку. Она визжит, брыкается. Я – весь в грязи, бинт слетел, с руки кровь капает. Начальник госпиталя прибежал, заглянул в палатку и как скомандует: «Рядовая! Отставить сопротивление! Лейтенант, даю тебе пять минут, и бегом на обработку раны, пока инфекцию не занесли». Классно было в Камбодже, есть что вспомнить.

– Скорее бы домой, – вздохнула Марина.

– Успеешь.

Самолет у нас завтра после обеда. Сдадим номер, съездим в другую часть города, я куплю тебе подарок на память о Москве. Немецкие фирменные сапоги хочешь? Дома скажешь, что в столице за копейки купила.

– Какая Москва? Я родителям сказала, что в Новосибирск с подругой поехала. Они меня и так черт знает за кого в последнее время считают, а уж после Москвы так совсем разговаривать перестанут.

– Потерпи немного. Все идет как надо. Когда закончу дело, я тебе отдельную квартиру куплю. Будет где с мужчинами встречаться.