И он пришел в ярость. Обозвал меня никчемной дурой, неспособной соблазнить мужчину.

— Значит, Даниял обманул тебя? Или его самого обманули? — спросила Данка, продолжая шокировано разглядывать беременную Зарему. Разве отец может упрекать в таком дочь? Их с Олей отец, скорее, убил бы того, кто позволил себе так сказать о его дочерях.

— Нет, Даниял сказал правду, но теперь я знаю, как важно было для моего отца по-настоящему породниться с Баграевыми. Он думал, что ты — временное помешательство, прихоть.

Данка сглотнула и сжала телефон дрожащими пальцами. Зарема поняла и невесело усмехнулась.

— Когда никогда никого не любил, сложно такое понять, Дана. Зато отец знал, что дядя Шамиль готов ради сына на все, и он стал мне угрожать.

— Но ведь ты жила у Баграевых? — не поняла Дана. — И вроде как считалась уже их семьей. Он мог вмешаться?

— Он подключил Аминат. Ты ведь была с Даном, когда я рассказала ему о письмах? — прервала сама себя Зарема, вопросительно взглянув на Данку. Та утвердительно кивнула. — Правда, Аминат не угрожала, но постоянно говорила, что отец желает мне добра, что Даниял просто ошибся, не разобрался, что ты его окрутила. А отец был настроен решительно. Он поставил условие, если наш брак не станет настоящим, он пойдет в суд и добьется его аннулирования.

Данка закрыла глаза. Как просто эти люди играют судьбами других. Их с Даниялом брак тоже аннулировали, просто выбросив Данку из его жизни, и сложно было сказать, жаль ей Зарему или нет. Скорее, нет, ведь та пока еще ни словом не обмолвилась, что влюбилась…

— А Шамиль? Он ведь обещал Даниялу?

— Шамиль не вмешивался. Он говорил потом, что видел, как страдает сын, и надеялся, что наш брак вылечит его. Поэтому не возражал, чтобы я поехала к Даниялу в Цюрих.

— Может быть, со временем так и вышло бы, — бесцветным голосом сказала Данка. — Если бы ты постоянно была рядом, Даниял привык и даже полюбил тебя.

Она не знала зачем говорит это, ведь каждое слово отдавалось в сердце забытой болью. Как будто старую рану сама расковыривала.

— Потому Даниял и не взял меня с собой в Цюрих, — кивнула Зарема. — Он не хотел тебя забывать, Дана, понимаешь? Не хотел. Я боялась ехать, я знала, что у меня ничего не получится. Но отец прямо пригрозил признать брак недействительным через суд и потом отправить меня в услужение родственникам, как дядя Шамиль отправил Аминат. Или выдать замуж за старика. Я знаю, что ты думаешь, Дана. Что я не должна была уступать ему, должна была согласиться на все то, что обещал устроить мне отец, но я не смогла. Единственное, я не стала делать так, как подговаривала меня Аминат. Не стала обманывать Данияла. Я приехала в Цюрих и все честно ему рассказала.

— Откуда ты знаешь, что я думаю? — медленно спросила Данка, а потом все же не удержалась.