Так, ручеек не широкий, метров двенадцать, но глубина в этом месте метра три с половиной — четыре и рыба водиться, не раз брал тут сомиков, лещей, карасей и даже щуку. Напротив, нашего места прямо возле берега из земли торчит высокая скала, наверное, базальтовая, шириной она метров двадцать и высотой, где-то двадцать пять. Такой утес, слегка с наносами земли, в некоторых местах сильно потрескавшийся от времени и, наверное, от природных катаклизмов.

Наших сегодня, как и предполагалось нет, так что я подогнал машину прямо к берегу, открыл дверь багажника, достал удочки, стульчик и собрался ловить рыбку. Если еще сегодня и клева не будет, то после обеда буду собираться домой, только своих помяну. Время пока раннее, солнышко только-только начало пригревать. Удочки я закинул, подцепил звоночки и, расслабившись стал ждать поклевки. Сегодня точно не мой день, за пол часа даже ни разу не было поклевки. Только я хотел подняться и взять из машины газовую горелку и закипятить воду для чая, как почувствовал легкие толчки. Пять — шесть толчков и, вроде все успокоилось, только со скалы земля осыпается. Тихо-то как, тишина как перед бурей. Через минуту послышался какой-то гул и шел он от земли. Толчок. Ого! Это баллов пять— шесть. Еще толчок, и я замечаю, как на противоположном берегу, со скалы начинает сыпаться грунт, который там собрался за те века, что тут стоит эта скала. Еще толчок, только уже более сильный, меня чуть со стульчика не сбросило. Со скалы пополз целый пласт грунта. А это еще что такое? Что-то блеснуло в этом пласте земли.

— Вот те раз! — Только и успел я подумать. В том блеснувшим предмете, я узнал, слегка поржавевшую, но все еще целую, не взорвавшуюся мину от немецкого шестиствольного миномета. В моем мозгу мгновенно проскользнуло предупреждение Никифоровны. Я постарался повернуться к скале спиной и упасть на землю, и в этот момент услышал взрыв и, одновременно, меня пронзила острая боль, а дальше темнота.

Неизвестно где и когда…

Я очнулся и увидел, как поднимается какая-то прозрачная крышка. Не понял, это где же я нахожусь. Последние секунды перед потерей сознания я помнил хорошо. Землетрясение, скала, мина… мина… Хм, наверное, это больница, реанимация. Хотя нет, у нас таких потолков нет. Свет в помещении шел из потолка, только светильников я не увидел. Свет исходил из самих панелей потолка. Странно, может это какая-то новая больница, хотя не помню я, чтобы где-то не далеко строилась такая. Да и нахожусь я в какой-то странной посудине, не то саркофаг, не то капсула какая-то.

— Добрый день, Кирилл Владимирович. — Раздался странный голос, отдающий металлом и идущий прямо из стен или потолка. Не понятно, но вроде как, ото всюду.

— Добрый.