Старик сложил руки на груди и тихо наблюдал за нами. На мой немой вопрос арахнид только кивнул.

— Я оставлю вас. — Дарина осторожно погладила меня по плечу. — Буду ждать тебя в спальне.

Дарина

На Рарторе семейные ценности были штукой весьма условной. Арахниды обзаводились пышными гаремами. Только самцы до замужества, самки после. И это не считая бесконечного числа любовников. Зачастую женщины, точнее самки, вообще не считали нужным сообщать о том, кто является отцом ребенка. Видимо, как-то так получилось и в семье Бияры.

Я ушла из детской. Не далеко. Ровно настолько, чтобы слышать разговор мужа и свекра. В том, что Сарх был отцом Бадрана, сомнений не было. Они были настолько похожи, что только слепой мог незаметить этого сходства. Особенно, когда пытались в гневе сверкать глазами. Кстати, точно так же пытается делать и мой сын, когда ему что-то не нравится.

— Это правда? — Раздарля тихий голос мужа.

Бадран старался говорить тихо, чтобы не разбудить малыша.

— Правда. — Не стал отрицать Сарх. — Это случилось однажды. Когда твоя мать… В общем, мне бы не хотелось обсуждать это с тобой.

— Ты все это время знал?

— Нет. — Сарх замолчал. — Я узнал не так давно. Когда Бияра вернулась в поместье. Тогда она все рассказала.

— Зачем?

— Сложно сказать. — Арахнид снова замолчал. Кажется, я даже услышала тяжелый вздох. Только не знаю чей. — Скорее всего, хотела чтобы я помог ей избавиться от госпожи. Ты же знаешь, что после смерти прии, арахнид полностью теряет волю.

— Она уже была моей женой.

— Тем быстрее ты бы сломался.

Как-то безразлично сказал Сарх. А я только в этот момент поняла, по какой тонкой грани ходила в тот момент.

— Спасибо. — Через несколько минут сказал Бадран. — Что не предал.

Дальше подслушивать не стала. Вернулась в спальню и легла в кровать. Уже сквозь сон почувствовала, как вошел муж. Бадран почти бесшумно разделся и лег рядом. Почти как тогда, когда я только попала на Рартор.

Эпилог

Дарина

шесть лет спустя

— Люблю тебя.

Подошла к мужу и обняла его. Рартор на закате был особенно прекрасен. Невыносимая жара отступала, а колючий мороз еще не успевал набрать силу. Бадран стоял на балконе и злился. Красные отблески глаз отражались от каменных перил, костяные кончики на отросших волосах тихонько тренькали, ударяясь друг о друга. Муж тяжело дышал, пытаясь успокоиться. Чтобы ускорить процесс, потерлась носом о твердую спину.

— Никогда не делай так! — Рыкнул Бадран. — Поняла? Никогда!

— Никогда! — Чтобы подтвердить серьезность этого самого «никогда» кивнула и снова потерлась о мужа.

— Я не шучу! Ты хоть представляешь, как я волновался?!

— Угу.

Более того, я не просто представляла, я это наглядно видела.