Другая, быть может, бросила бы все попытки выпутаться из этой истории, лила бы слезы о потерянной влюбленности, но я…"

"Ну уж нет! Ни за что не буду расстраиваться. Чего это мне плакать? Я – в другом мире! Здесь кругом магия, она искрится, переливается, проникает везде. Где-нибудь обязательно найдется лазейка, которую Иветта не учла! Определенно найдется! Особенно теперь, когда у меня есть магия и загадочная снежинка, являющаяся мне на помощь.

Дверь хлопнула.

– Тильд, а ты что тут делаешь? – хмыкнула ректоресса, приподняв брови.

– Отрабатывала наказание, – ответила я и тут же сгребла свои конспекты в сумку, от греха подальше, чтобы никто не увидел их содержимое.

– Я почувствовала магию Владыки, – произнесла Тайри уже совершенно другим голосом, жестким и бескомпромиссным. БоПи встал рядом и зарычал, поэтому мне пришлось опустить ладонь ему на голову, успокаивая. Ректоресса мне всё равно ничего не сделает. – Ты вновь решила приворожить его?

– Что? Нет…

– Нет? – вскинулась она и сделала шаг ко мне, сложив руки на груди. Вокруг нас образовался мерцающий звуконепроницаемый купол.

 – Иветта, когда ты попросила помощи в поисках вьюжного источника, я с удовольствием согласилась, но с одним условием. Ты навсегда выбрасываешь из своей головы мысли о Ллайде Снежном. Он мой. Он всегда был моим и будет моим. Он – моя вторая половинка.

Что?…

Так она и есть та, от которой Ллайд отказался. Вот почему Ориссия всё время так на него смотрит, пытается прикоснуться! Но что она сделала такого, что Владыка не пожелал связывать свою судьбу с ней, почему он провел обряд отчуждения?

– Но он отказался от вас, – невольно вырвалось у меня.

Я чувствовала, как сердце сжимается в тисках ревности. Какая разница, кто был до меня? Это вовсе не важно. Однако то, что Тайри претендует на него в будущем, вызывало злость. БоПи издал неопределенный звук, будто насмехаясь над ректорессой. Он-то знал, кто истинная Снежного. Интересно, а никто из песцов не выходил к Ориссии? Судя по всему, нет.

– Всего лишь временное явление! Связь можно восстановить, если двое искренне любят друг друга. Это наши драконы более равнодушны друг к другу, но не мы, – Тайри многозначительно улыбнулась, намекая на что-то запретное, недосягаемое для меня.

 – А ты своими зельями и уловками только злишь его. Несколько лет назад оррига, из которой производится зелье лжеистинности, стала вне закона, поэтому я все еще могу подать на тебя в императорский суд, если ты не прекратишь свои попытки.

– Так мы же с вами сообщницы, – хмыкнула я.

– То, чем мы занимаемся, не противозаконно, а вот твоя деятельность…

Многозначительная пауза.