Похоже, жизнь ничему ее не учит, раз леди Бригс не смогла сделать нужных выводов и продолжает во всем винить старшую дочь. Но ничего, теперь у юной графини Диас есть защитники. И она больше никогда не останется одна."

"— Благодаря вашим стараниям баронесса Бригс была столь честна и разговорчива? — поинтересовался я у леди-ректора, когда дверь кабинета закрылась за баронессой.

— Не без этого, — пожала плечами женщина.

— Она же чокнутая последовательница триединого, — ужаснулась леди Волар, — Удивительно только, как не избавилась от бедного ребенка сразу же. Но, видимо, Бредли не позволил.

Но после его смерти… — леди-ректор ненадолго задумалась, — Знаете, Ваше Величество, мне кажется, тут дело в завещании или чем-то еще. На сострадание это чудовище в женской юбке не способно.

— Я пришел примерно к тем же выводам, Леди Волар, — хмуро кивнул я.

— И так легко ее отпустили? — тонкие брови взлетели вверх.

— Ненадолго, — заверил я женщину, — Сначала мы разберемся с таинственной смертью графа Диаса. А потом…потом баронесса Бригс ответит за все по закону.

Леди Волар удовлетворенно кивнула, принимая мой ответ, и поинтересовалась:

— Могу я чем-то посодействовать, Ваше Величество?

— Как думаете, граф Диас знал о том, что его супруга последовательница триединого?

— Исключено, — заверила меня леди-ректор.

— А об ее влюбленности в барона?

— Это же был договорной брак, Ваше Величество, — вздохнула леди Волар, — Если родители баронессы и знали, то точно не стали бы ничего говорить Бредли.

— Я понял. Сможете выяснить, кто накладывал заклинание на перстень графа Диаса?

— Я постараюсь, — заверила меня леди-ректор, а после покинула мой кабинет.

Меня же ожидало много дел, и долгая, бессонная ночь.

Глава 21

Когда я проснулась, Императора рядом не было, чему я малодушно обрадовалась. Я внезапно устыдилась своему вчерашнему поведению. Это же надо было, забраться на колени к Его Величеству и приняться жаловаться ему на судьбу. Как будто у монарха больше дел других нет, кроме как выслушивать чужое нытье и утешать бедных девиц.

Словно почувствовав мое пробуждение, в спальню вошла незнакомая горничная, которая принесла мне завтрак и чистое платье. Она ничуть не смутилась присутствию посторонней девицы в императорской спальне, что тоже наводило на весьма интересные мысли.

— Позвольте, помогу вам переодеться? — с абсолютной невозмутимостью поинтересовалась горничная.

А я, вся красная от смущения, лишь отрицательно покачала головой. Всю жизнь справлялась самостоятельно с такой непритязательной задачей, как смена наряда, справлюсь и сегодня.

Служанка поклонилась и оставила меня в одиночестве, сообщив, что позже зайдет за пустой посудой. Переодевшись и быстро расправившись с завтраком, я двинулась на выход.