Чанс на мгновение уловил отблеск легендарной любви Руперта и Джулии.

— Верховный маг сказал нам, что мы его больше не увидим, — продолжал Хок. — Мы и сами догадались об этом. Он выглядел постаревшим, усталым… Его могло бы ветром сдуть. Собственная магическая сила пережевала и выплюнула его, пройдясь по нему так же, как по его врагам. Вероятно, он мог спастись даже тогда. Если бы действительно захотел. Верховный умел восстанавливаться. Но, по-моему… по-моему, старик позволил себе умереть. Магия, Дикая и Великая, уходила из мира, и он это знал. Для подобных ему места уже не оставалось. Старик пережил одно последнее большое приключение, и, мне думается, предпочел уйти на взлете, пока его еще помнят героем Войны демонов, а не озлобленным затворником, каким он был до моего прихода. Все его старые друзья и враги умерли. Мы с Джулией тоже покидали Лесное королевство. Он оставался один.

— У него был я, — возразил Чаппи. — Но Верховный сказал, что и мне давно пора выметаться. Когда все его звери ушли, а сам он умер, Мрачная башня запечаталась, многочисленные окна одно за другим исчезли, и его жилье превратилось в склеп. Но ведь она всегда им была, не правда ли?

— Единорога Бриза мы проводили к его родне, — продолжила Фишер, — и вернули в стадо, откуда его забрали так давно. Руперт ему обещал. Это заняло некоторое время. Мы отыскали единорогов в потаенной долине. Не стану говорить где. Тех немногих, кто помимо нас знал его историю, уже нет среди живых, и рассказать о нем некому. Пусть так и остается. Бриз теперь бегает со своими сородичами и, надеюсь, счастлив.

Хок взглянул на Чаппи, примостившегося у ног Чанса, и припомнил, как близки они были с Бризом.

— У героя в странствиях всегда есть спутник, — промолвил он, наконец, улыбаясь вольготно развалившемуся на полу псу. — У меня был Бриз, а у тебя, Аллен, есть Чаппи.

— Прошу прощения! — моментально откликнулся зверь. — Это не я у него, а он у меня есть. И порой ужасно мешает. Я не бросаю его только потому, что одному богу известно, в какие неприятности он бы впутался, не окажись рядом меня.

Чаппи перекатился на бок, принюхался и внезапно оказался на ногах. Неторопливо приблизившись к чужому столику, он укоризненно воззрился на сидящего за ним человека.

— Вы ведь не собираетесь съесть всю эту огромную порцию, правда? Вам это неполезно. Знаете, я, пожалуй, вас выручу.

И пес в один миг смахнул языком содержимое тарелки. Посетитель трактира наблюдал за ним с таким видом, будто вот-вот расплачется. Грабитель облизнулся, гордо прошествовал обратно и уселся у ног Чанса.

— Все-таки кухня здесь ужасная. И порции такие маленькие, — объявил пес.

Фишер не выдержала и улыбнулась.