Жизнь за жильё. Книга вторая
Обложка книги «Жизнь за жильё. Книга вторая»

Жизнь за жильё. Книга вторая

Роман Тагиров

  • 0
(0)

В Санкт-Петербурге небольшой переулок Достоевского, куда сложно заблудиться, притягивает взгляды гостей своей необычной атмосферой. Самым знаковым из таких мест является доходный дом, который перекроил даже название улицы, отдав ей имя Достоевского. Здесь каждый уголок говорит о прошлом и настоящем в один голос.

О книге

Холодное лето 1994 года. Засекреченный сотрудник уголовного розыска внедряется в бокситогорскую преступную группировку. Лейтенант милиции решает захватить с помощью бандитов новые торговые точки в Питере, а затем кинуть братву под жернова правосудия и вместе с друзьями занять освободившееся место под солнцем.Возникает конфликт интересов, в который втягивается тамбовская группировка. Вскоре в городе появляется мощное охранное предприятие, которое станет известным, как «ментовская крыша»…События и имена придуманы автором, некоторые вещи приукрашены, некоторые преувеличены. Бокситогорск — прекрасный тихий городок Ленинградской области.И многое хорошее из воспоминаний детства и юности «лихих 90-х» поможет нам сегодня найти опору в свалившейся вдруг социальной депрессии экономического кризиса эпохи коронавируса…

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Вот такая канитель…

* * *Весь обратный путь Кантемиров продумывал предстоящий разговор с верхушкой банды. Водитель особо не спешил, пару раз остановился в наиболее красивых местах суровой северной природы и прочищал лёгкие после славного города химиков и металлургов.

На границе Вологодской и Ленинградской области отечественный автомобиль тормознули сотрудники ГАИ. Проверили документы и на вопрос о наличии аптечки и огнетушителя получили свою законную банкноту в пять тысяч рублей. Минимальная мзда при пересечении воображаемой границы двух субъектов Российской Федерации…

Когда Тимур, не переодеваясь, прямо с дороги с фотоаппаратом в руке вошёл в кабинет главаря банды, по взгляду присутствующих в кабинете бригадиров сразу почувствовал, что его ждали, и разговор шёл именно о нём. Ни у бригадиров, ни у главаря банды не возникли сомнений по поводу выполнения Студентом убийства сбежавшего пленника. Буквально на днях новичок банды на глазах у всех троих замочил одним ударом ножа Тюрика и даже не кашлянул. Потом ещё прямо здесь в кабинете поужинал с аппетитом.

Спор в руководстве банды зашёл за дальнейшую судьбу нового сотрудника. Лапа предложил поставить новичка на вакантную должность бригадира, Кимуля поддержал главаря, а Хирург склонялся к мнению, что ещё рано доверять бригаду залётному сотруднику. Уж больно горяч этот Студент. Чуть что, сразу за нож хватается…

Кантемиров по очереди и строго по иерархии поздоровался с руководством: Лапа, Хирург, Кимуля. Затем присел на своё место, положил «Полароид» на стол, молча пододвинул к себе бутылку минералки, открыл и залпом выпил полный стакан. Посмотрел на главаря и сообщил:

— После Череповца постоянно пить хочется. Леонид Иванович, с тебя бутылка молока за вредность в горячем цеху.

Лапа усмехнулся и спросил:

— Работу выполнил, сталевар?

Студент кивнул и вытащил из нагрудного кармана пару фотографий. Руководитель преступного сообщества внимательно просмотрел оба снимка и передал заместителям.

Кимуля довольно кинул, а Хирург произнёс:

— Раны не видно.

Тимур оторвался от стакана с минералкой и пояснил:

— Один удар в печень. — Затем нервно повысил голос. — И я не хотел прыгать в яму и переворачивать жмурика, чтобы вам здесь фотки понравились. Место приметное, езжайте, раскапывайте.

— Остынь, Студент! — воскликнул Лапа и посмотрел на Хирурга. Тот только кивнул и ухмыльнулся. — Я же говорил — горячий больно…

Главарь повернулся к Тимуру.

— Говори.

Кантемиров тяжело вздохнул и обвёл взглядом всех троих.

— Сейчас все дайте мне слово, что не будете ржать надо мной.

Тройка лихих людей удивлённо переглянулись.

Подборки для вас

Комментариев к этой книге пока нет.
Ваша оценка книге (ставится вместе с отзывом)
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив