И видит пса только широкоплечий в коричневом и я. Я же иллюзорным псом управляю.

Издавая грозное рычание, ротвейлер медленно приближался к мудню в шляпе.

— Фу! Пошел вон! Пошел! — заорал широкоплечий отступая.

От его крика ослик, тянувший повозку, шарахнулся в сторону. Прохожие остановились, поглядывая с непониманием. Ротвейлер для одураченных глаз коричневого был в двух шагах и готов вцепиться в него. Нервишки у мудозвона сдали, он выхватил пистолет и прозвучали выстрелы. Почти одновременно раздался свисток жандарма. Двое мужчин в светло-кремовой форме со всех ног бежали к нарушителю спокойствия. А тот стоял как вкопанный, ошарашенный произошедшим, ища взглядом исчезнувшего пса.

Когда я снял «Маску Эсхила», коричневого вели под руки куда-то вниз по Николаевской. А магической энергии у меня оставалось сто двадцать единиц — неплохой результат. Ясно одно, нужно расширять канал с Эфиром, прокачивать его больше и чаще. Техники нужно тренировать, чтобы был меньше расход и выше эффективность магии. И кроме «Пса» нужно сделать еще несколько полезных заготовок. В общем, ваше сиятельство, работать надо, работать! Тут мне пришла еще одна неплохая мысль…

На пересечении Николаевской и Суворова взмахом руки я поймал двуколку и попросил кучера:

— Отвези-ка меня в ближайший участок жандармерии. Который в той стороне, — я махнул рукой к сходящей к морю Николаевской.

— Так чо тут пешком рядом, — заерепенился он, видно не желая за копейки напрягать лошадей.

— Ты давай, вези. Там подождешь, потом в другое место поедем, — борзанул я. А то, охренеть, самим графом Разумовским спорит! Холоп, бля! Хотя у меня на лбу нет надписи, что я граф. И морда такая, что в легкую может отгрести, даже на пусто месте и просто так.

До участка он докатил быстро. Наверное, слишком быстро. Скорее всего, того мутного типа еще не успели привести. На всякий случай я заглянул и спросил у дежурного — седенького мужичка в форме с широкой лычкой — мол, не приводили этакого человека? Подробно описал довольно приметного своего преследователя.

— Не, не было таких. Вообще после обеда никого еще не тягали.

И когда я уже было собирался выйти на улицу, ровно в проеме двери, я столкнулся с этим муднем. Глазки черные, блестящие, явно недовольны результатом пальбы по несуществующим псам. А как меня увидел, так пасть раззявил и выдавил крайне невнятный звук."

"Знаете, что я сделал? Нет, не передавал «Привет от Теслы». Я сделал с ним то, что вчера Наташа сделала со мной. Только чуть на инном по исполнению уровне. Провел прекрасный сок клаб точно в нос, и добавил резким као коном — не зря у меня колено с утра чесалось. Да, сусел слабенький, дохленький, но если он злой, то может удивить даже жандармов, видавший наверняка еще не такие виды.