— Ты все-таки поедешь с ним? — я приподнялся, поглядывая как она прячет в халат свою роскошную фигуру.

— Конечно, нет. Я же тебе пообещала. Но он все равно приедет, — наклонившись за тапками, она сказала негромко: — У меня там… все болит."

"И я понял по ее улыбке, что она сейчас говорит о глубоком удовольствии. Как мало иной раз нужно женщине для счастья! Все лишь твердый большой член и ночь, полная приключений!

— Ты хочешь, чтобы я тебя полечил? — я тоже покинул постель.

Она подошла ко мне, прижалась и так же тихо прошептала:

— Я тебя люблю…

Вот что мне нужно было ответить? Такие слова меня всегда заставали врасплох, даже когда я ожидал их.

И я ответил:

— Ты самая лучшая женщина на этом свете.

Да, я не соврал: Ирина была настоящей женщиной. Леночка — нежной и доброй зайкой. Наташа — ненасытной, желанной шлюхой, от прикосновений которой у меня лопался член. А Ирина — настоящей женщиной с бесчисленными достоинствами. Эти дамы мне нужны все. Недавно попадалась статья в газете: в Казани все большую популярность набирает религиозное течение Перуна-Алладина.

Несколько храмов там воздвигли, и якобы в Москве и в Питере такие строятся. Кратко об основании этой религиозной ветви я все-таки расскажу — это не займет много времени.

Как-то гуляя на юг вместе с весенними грозами Перун от души порезвился на берегах Эгейского моря. После буйной пьянки сломал наковальню Гефеста, Прометея справедливо освободил, в друзья назначил, и для пущего эффекта Зевса зашиб молнией. А дальше все как положено: девочки, много вина, постель, снова вино, девочки. И кончилось все тем, что ему пришлось жениться аж на трех дамах сразу: Артемиде, Афродите и Дионе.

В общем, приперли его эти настырные дамы: «Обещал, небесный распутник! Женись, давай! Не зря же мы тебе свои дырочки подставляли!». В общем, жестко его приперли. Пришлось держать сказанное по нетрезвому слово. Теперь помимо поднадоевшей Мокоши у нашего Царя Небесного еще три женушки и, кажется, бонусом Афина и Талия в наложницах. Но я не о вреде винопития и не о древних преданиях. Но о том, что мужчинам, принявшим столь полезную веру, поощряется иметь несколько жен, ибо все мы в душе — Перуны. Да, кстати, Афродита — она ж дочь Дионы. Вам это ни о чем не говорит? У моей Ирины тоже есть дочь. Если Величайшему Громовержцу можно сразу маму с доченькой, то я чем его хуже?

Простите, зазнался. Действительно, что-то понесло меня по божественной теме. Конечно, я мне до Перуна как до небес на самокате. Хотел лишь выразить, что такая религия мне нравится и я всецело за Алладина — такое прозвище получил Перун, гуляя у южных и восточных границ нашей империи.